К тому же посетившему здешние места является истиной, хотя и грустной, но неоспоримой, что при нынешнем разделении церквей и при человеческих страстях и раздорах владычество турок здесь нужно и спасительно. Турки сохраняют здесь по крайней мере видимый, внешний мир церквей, которые без них были бы в беспрерывной борьбе и разорили бы друг друга. Здешний паша в случае столкновений становится примирителем. Именем и силой Магомета сохраняется если не любовь, то по крайней мере согласие и взаимная терпимость между чадами Христа.
Освобождение Гроба Спасителя из рук неверных – прекрасная, благочестивая мечта, но на месте убеждаешься, что она не только несбыточна, но и нежелательна – разумеется, также до поры и до времени, а эта пора – тайна Бога. Сюда также относится, хотя и косвенно, вопрос о владычестве турок в Царьграде; и изгнанию их из Царьграда пора еще не наступила. Насильственное, преждевременное изгнание их было бы событием бесплодным и более пагубным, нежели благотворным.
Одна только и есть довольно широкая и чистая улица в Иерусалиме: та, которая окружает Армянский монастырь у Сионских ворот. В монастыре я еще не был, но, сказывают, и он содержится в большом порядке и очень богат. По ту сторону улицы расположен сад и довольно большое место, обсаженное маслинами. Надобно отдать справедливость армянам: и в грязной Пере армянская церковь и большой двор, окружающий ее и вымощенный каменной плитой, отличаются чистотой.
Вчера были мы в латинском храме у вечерни, праздновали Пятидесятницу и возвращение папы в Рим. Латинский монах читал проповедь на арабском языке перед сорока или пятьюдесятью арабами и торжественно радовался с ними, или, вернее, за них, вступлению папы в свой город и в свои права. Что о том думали арабы, известно одному Богу.
Монастырь очень богат церковной утварью. Много золота, серебра и драгоценных камней и много изящности в отделке. Служба совершалась с большим благочинием, и арабы, столь шумные и дикие в православии, здесь тихи и слушают службу в молчании и с благоговением. Показали нам на двух молодых оксфордских англичан, кажется, из духовного звания, которые обратились нынешней весной здесь в римское вероисповедание. Православие здесь расширяется мало. Греческое духовенство жалуется на происки латинов и протестантов, но, Господи, прости мое согрешение, кажется, должно бы оно более на себя жаловаться. Здесь нужно непременно основать русский монастырь с приличным службе нашей благолепием, с певчими и проч.
Все иностранцы вопиют о происках наших на Востоке, о властолюбии, духе господства, а мы и мизинцем не упираемся на Востоке. Вся забота – о маленьких, дипломатических победах, которые остаются в архивах и на бумаге, а на народонаселение не изливаются. У всех держав здесь имеются церкви, училища, больницы, странноприимные дома, монастыри, а у нас ничего этого нет. Не мешало бы и нам иметь в надлежащих мерах, без притязания на первенство, христианский голос на земле, отколе пришло к нам христианское учение.
Вчера ездил я в монастырь Св. Иоанна в горнем граде Иудове прекрасный и великолепный монастырь. Стены сверху донизу обвешаны малиновым штофом. Должно отдать справедливость, латиняне содержат монастыри и церкви в большой чистоте и отличном порядке. Это
В монастыре Св. Иоанна всего десять монахов, большей частью испанцев. Настоятель, кажется, патер
Викентий – тоже испанец. Нет ему сорока лет, а уже более двадцати он монашествует.
На месте рождения Крестителя мраморные барельефы с изображениями из жизни Иоанна, отличной работы.
За селением Иоанна находится водоем, по преданиям – источник, куда Дева Мария приходила за водою, когда гостила у Елисаветы. Поодаль – развалины монастыря, построенного на месте, где жили Захария и жена его Елисавета и где она сказала пришедшей Марии «благословенна Ты в женах» (Лк. 1:42). Вокруг селения земля хорошо обработана: хлебные поля и огороды снабжают Иерусалим овощами. Деревья, зелень, виноградники, долина терпентинновых деревьев.
По приглашению араба Степана (римско-католического исповедания) заходил к нему в дом пить кофей. Комната довольно большая и опрятная. Две дочери. Женщины носят здесь на голове род кички, составленной из монет, плотно и в несколько слоев связанных вместе; кичка обвешена золотыми монетами, которые падают на лоб. Кичка дочери Степана сверкает 1500 пиастрами. Есть и древние и, вероятно, редкие медали. Наш наместник называет Степана
