Уж слеза за слезоюПробирается с крыш,И неловкой ногоюПо дорожке скользишь.И милей и коварнейПооттаявший лед,И фабричные парниЗадевают народ.И пойдешь от гуляний —Вдалеке монастырь.И извозчичьи саниУлетают в пустырь.Скоро снег этот слабыйИ отсюда уйдет,И веселые бабыНалетят в огород.И от бабьего гама,И от крика грачей,И от греющих прямоПодобревших лучейСтанет нежно-зеленымЭтот снежный пустырь,И откликнется звоном,Загудит монастырь.[107]1913<p>Осенью</p>О чем-то скучно и ленивоДосказывает мокрый лес.Обрывки туч дрожат пугливоИ жмутся на краю небес.Кой-где дубки, орешник мелкий,А за кустами тишь и глушь,Лишь слышен шорох юркой белкиДа ноги хлюпают меж луж.Что я скажу тебе сегодня,Когда еще желтей листва,Когда темней и безысходнейМои ненужные слова?А там уж кружит птичья стая.Куда она летит опять?И высь такая голубая,Что не измерить, не понять.И, слыша крик, душа, как птицаС дробинкой маленькой в крыле,Еще наверх взлететь стремитсяИ грузно падает к земле.1913<p>Франсису Жамму</p>Часто блуждая вечером по Парижу, я ваш скромный домик снова вижу.
Зимнее солнце сквозь окна светит, на полу играют ваши дети. У камина старая собака греясь спит и громко дышит, в камине трещат еловые шишки, вы говорите, а я слушаю и думаю, откуда в вас столько покоя, думаю о том, что меня ждет дорога угрюмая, вокзал и пропахший дымом поезд.
Если моя душа в Париже не погибла, спасибо вам за это, Жамм[108]! Спасибо! Еще кружат надо мной метели темными стаями, еще душа не смеет назвать Того, к Кому обращается. Но вы, нашедший для своей молитвы восторг непересохшего ручья, молясь за всех, немного помолитесь за то, чтоб мог молиться я!
1914<p>России («В тебе тоска…»)</p>В тебе тоска и лицемерие!..Болота дым, и пьяный огонек, и топкий берег.Летают маленькие мошки,Гудя и жалуясь, слепят.И гнется под метельной ношейПечальный березняк.Ты в схиме, вечная гордыня!Ты перед Господом права!О, как блюдешь ты отдых зимний,Благочестивые слова!Лицо закрыть… еще светлей… еще морозней…А там, под снегом, злая озимь…Бессвязный бред… Нева и газовый рожок…Как тяжелы твои громадыИ чинной жизни мнимый ход!Сквозь камень проступает влага,Нева тоску назад несет…Разбойник на кресте цветет!Разбойник на кресте, уверуй!Но слез восторг, но муки нега,Огромная, назойливая, серая,Как это небо…1914<p>Как умру</p> 
