2025 год. Костя живет в Москве, где и остался во время объявленной самоизоляции. Ему оплачивают съем жилья, у него более или менее приличная работа. Он часто знакомится с разными женщинами, которые приезжают посмотреть столицу. И ходит с ними на свидания, после которых дамы ему оставляют ему деньги. Неожиданная встреча со старой знакомой из-за периметра заставляет задуматься о том, что и за Мкадом есть жизнь, и она уже гораздо лучше, чем в Москве. Выйдет ли он за Мкад или останется в безопасной Москве?
***
В субботу утром Костя привычно проснулся в одном из номеров дешевой гостиницы где-то на ВДНХ. Его пятничная любовь, с которой он познакомился накануне возле Большого театра, уже покинула гнездышко неги и страсти, оставив на тумбочке пятитысячную со следом поцелуя яркой помады. Костя натянул джинсы и стыдливо спрятал купюру в карман. Когда женщина ему впервые сделала такой подарок, он отказывался – не по-мужски это как-то, а потом стал принимать без стеснения – за МКАДом, что-то ему подсказывало, зарплаты явно были повыше, чем его привычный сорокет айтишника в Яндексе. Да и вообще, женщины перезванивали редко, а деньги оставляли всегда. И он брал.
Сначала как прибавку к семейному бюджету, а когда Вера психанула и, сославшись на постоянные его измены и просто на жизнь, ушла за периметр. Вера, кстати, тоже не перезвонила. А он ждал. Он беспокоился, как она пройдет этот Московский Кольцевой Антиэпидемиологический Дезинфектор. И не заболеет ли там, за МКАДом, а если заболеет, то выздоровеет ли. Он может и гулял по центру каждую пятницу только в надежде ее встретить снова. Но встречал других женщин, тоже оттуда, вполне себе успешных, интересных, веселых, готовых на смелые эксперименты в день знакомства, и что было дополнительным бонусом – богатых и щедрых. Все москвичи уже через полгода после эпидемии так делали – знакомились с женщинами из-за периметра. Кто-то просто ради эротических приключений, кто-то узнать недоступные здесь новости (в основном, надо отметить, безуспешно), кто-то в надежде, что его вывезут отсюда как мужа (тоже, впрочем, безуспешно, по крайней мере, никто еще не слышал таких историй). Костя гулял ради встречи с Верой.
***
Когда началась эпидемия, и объявили самоизоляцию, они с женой снимали однушку в Отрадном – там и остались после строительства МКАДа. Хотя у самого Кости была родительская квартира в Щелково, где они и жили первое время с супругой. Было куда вернуться, но на работе предложили компенсировать аренду, и он согласился. За 5 лет переезжали уже несколько раз, пока он один не оказался в двушке на Николопесковском. С чем были связаны такие переезды, никто не знал, но периодически переезжали все. Соседи на этот раз попались более, чем приличные – слева какой-то артист, в сериалах снимается; справа – молодой юрист из НИИ; напротив – коучер по личностному росту. Все молодые, интересные, и как и сам Константин, холостые. Хотя, если не кривить душой, то Костя был еще теоретически не разведен. Просто жена его жила, видимо, там – в Щелково, и носа в периметр не показывала. А может, уже и вдовцом был… Узнать это точно возможности здесь не было.
Москва стала маленьким островком комфорта и здоровья. Все, кто здесь жили на тот момент и не были инфицированы, получили не только гарантию полной противовирусной защиты, но и приличные привилегии – это и надбавки за все, за что только можно придумать, и пособия по безработице вполне ощутимые, и оплата проезда, и компенсация аренды.
Пока строили МКАД, никто не выходил и не заходил за периметр. Потом вход открыли для всех, у кого есть антитела. А на выход уже нужно было подать заявку заранее – заполнить кучу формуляров, сдать все анализы (ипотеку в свое время взять было проще!)… Костя подавал такую заявку несколько раз.
Первый раз вместе с Верой они хотели покинуть периметр. Обоим пришел отказ. Ему самому прислали код 0001-0007-8597-0763-62, и 0000-0000-0038-0987-32 – жене. Было велено подождать… И они ждали, жили сначала на его зарплату и пособия кое-как, потом и на подарки, а потом поссорились…
Второй раз Вера, как раз, когда психанула, узнав про происхождение подарков, подала заявку сама. Если верить реальности, то ей дали согласие. Все что, он знал о решении, это код на выход – 0000-0001-0037-0985-82, оставшийся в кэше домашнего ноутбука.
В тот же день Костя собрал вещи, и в твердом настроении вернуть Веру тоже подал заявку. Ему снова пришел отказ, но уже с кодом 0008-0014-4218-0713-61.
Не сказать, чтобы это вызвало в нем много расстройства. С оной стороны, видимо, нужно было дождаться допустимых показателей здоровья, выработать иммунитет, так сказать, а с другой стороны – и тут его все в принципе устраивало. Деньги были, развлечения тоже, общения вообще вдосталь. А вот что творится там, он понятия не имел. Он только знал, что смертность от инфекции – колоссальная, выживают немногие, ну а кто выживал, тот неплохо устраивался (этот вывод он сделал по женщинам, которые с легкостью оставляли ему восьмую часть его ежемесячного дохода). И сделать выбор: рискнуть и выйти в неизвестное и опасное заМКАДье с вирусами и болезнями, и гипотетическими высокими зарплатами, или остаться тут в безопасности – было сложно. В зависимости от настроения, весы то кренились в сторону свободы и риска, то уговаривали остаться тут, в привычных условиях.
***
