- О, это невероятно! - объявил Оп. - Вы не поверите. Как бы ни старались.
- Да перестаньте же! - вскричала Кэрол.
Все трое выжидающе посмотрели на нее.
- Я сказала лишнее. Слишком увлеклась и… Пожалуйста, забудьте об этом. Я даже не знаю, действительно ли предполагается что-то подобное.
- Разумеется! - сказал Максвелл. - Ведь вы провели вечер в дурном обществе, вынуждены были терпеть грубости и…
- Нет, - сказала Кэрол, покачав головой. - Моя просьба бессмысленна. Да я и не имею права просить вас об этом. Мне остается только рассказать вам все и положиться на вашу порядочность. И я совершенно уверена, что это не пустые слухи. Институту времени предлагают продать Артефакт.
В хижине воцарилась напряженная тишина - Максвелл и его друзья замерли, почти не дыша. Кэрол удивленно переводила взгляд с одного не другого, не понимая, что с ними.
Наконец Дух сделал легкое движение, и в безмолвии им всем показалось, что его белый саван зашуршал так, словно был материален.
- Ведь вам неизвестно, - сказал он, - как нам всем троим дорог Артефакт.
- Вы нас как громом поразили, - объявил Оп.
- Артефакт! - вполголоса произнес Максвелл. - Артефакт. Величайшая загадка. Единственный предмет в мире, ставящий всех в тупик…
- Таинственный камень! - сказал Оп.
- Не камень, - поправил его Дух,
- Значит, вы могли бы объяснить мне, что это такое? - спросила Кэрол.
Но вся соль как раз и заключается в ток, что Дух не может ответить на ее вопрос, и никто другой тоже, подумал Максвелл. Около десяти лет назад экспедиция Института времени, отправившаяся в юрский период, обнаружила Артефакт на вершине холма, и он был доставлен в настоящее ценой неимоверных усилий и затрат. Его вес потребовал для переброски во времени такой энергии, какой еще ни разу не приходилось применять, - для осуществления этой операции пришлось отправить в прошлое портативный ядерный генератор, который пересылался по частям и был смонтирован на месте. Затем перед экспедицией встала задача возвращения генератора в настоящее, поскольку простая порядочность не позволяла оставлять в прошлом подобные предметы даже в столь отдаленном прошлом, как юрский период.
- Я не могу вам этого объяснить, - сказал Дух. - И никто не может.
Дух говорил чистую правду. Пока еще никому не удалось установить хотя бы приблизительно, что такое Артефакт. Этот массивный брус из какого-то материала, который не был ни металлом, ни камнем, хотя вначале его определили как камень, а затем как металл, ставил в тупик всех исследователей. Он был длиной в шесть футов и высотой в четыре и представлял собой сгусток сплошной черноты, не поглощавшей энергии и не испускавшей ее. Свет и другие излучения отражались от его поверхности, на которой никакие режущие инструменты не могли оставить ни малейшего следа - даже лазерный луч оказывался бессильным. Неуязвимый и непроницаемый Артефакт упрямо хранил свою тайну. Он лежал на пьедестале в первом зале Музея времени - единственный предмет в мире, для которого не было найдено хотя бы гипотетически правдоподобного объяснения.
- Но если так, - сказала Кэрол, - то почему вы расстроились?
- А потому, - ответил Оп, - что Питу кажется, будто эта штука в далекую старину была предметом поклонения обитателей холмов. То есть если эти паршивцы вообще способны чему-то поклоняться.
- Мне очень жаль, - сказала Кэрол. - Нет, правда. Я ведь не знала. Наверное, если сообщить в Институт…
- Это же только предположение, - возразил Максвелл, - У меня нет фактов, на которые можно было бы сослаться. Просто кое-какие ощущения, оставшиеся после разговоров с обитателями холмов. Но даже и маленький народец ничего не знает. Это ведь было так давно.
Так давно! Почти двести миллионов лет назад.
- Ваш Оп меня просто ошеломил, - заметила Кэрол. - И этот домик, который он соорудил на краю света!
- Он оскорбился бы, если бы услышал, что вы назвали его жилище домиком, - сказал Максвелл. - Это хижина, и он ею гордится! Переход из пещеры прямо в дом был бы для него слишком тяжел. Он чувствовал бы себя очень неуютно.
- Из пещеры? Он и в самом деле жил в пещере?
- Я должен вам сообщить кое-что про моего старого друга Опа, сказал Максвелл. - Он записной врун. И его рассказам далеко не всегда можно верить. Эта история про каннибализм, например…
- У меня сразу стало легче на душе. Чтобы люди ели друг друга… Брр!
- О, каннибализм в свое время существовал, Это известно точно. Но вот должен ли был Оп попасть в котел - дело совсем другого рода. Вообще-то, если речь идет об общих сведениях, на его слова можно полагаться, Сомнительны только описания его собственных приключений.
- Странно! - оказала Кэрол. - Я не раз видела его в Институте, и он показался мне интересным, но я никак не думала, что познакомлюсь с ним. Да если говорить честно, у меня и не было такого желания. Есть люди, от которых я предпочитаю держаться подальше, и он казался мне именно таким. И воображала, что он груб и неотесан…
- Он такой и есть! - вставил Максвелл.
- Но и удивительно обаятельный, - возразила Кэрол.
