Максвелл, пошатываясь, побрел к Кэрол, поднял ее, вскинул на плечо, как мешок, повернулся и заковылял по коридору к выходу.
Шагов через двадцать он остановился и оглянулся. В этот момент из двери приемной выскочил колесник. Он наконец стряхнул с себя Сильвестра, и оба колеса вращались теперь в одну сторону. Он двигался по коридору, выписывая фантастические вензеля, прихрамывая - если только существо на колесах способно прихрамывать, - натыкаясь на стены. Из огромной прорехи в его животе на пол сыпались какие-то маленькие белые крупинки.
Шагах в десяти от Максвелла колесник упал, потому что одно из колес, ударившись о стену, прогнулось. Медленно, с каким-то странным достоинством колесник перевернулся, и из его живота хлынул поток насекомых, образовавших на полу порядочную кучу.
По коридору крадущейся походкой скользил Сильвестр. Он припадал на брюхо, вытягивал морду и осторожными шажками подбирался к своей жертве.
За тигренком шел Он, а за неандертальцем - все остальные.
- Вы могли бы спустить меня на пол, - сказала Кэрол.
Максвелл бережно опустил ее и помог встать на ноги. Она прислонилась к стене и негодующе заявила:
- По-моему, трудно придумать более нелепый способ переноски. Тащить женщину, как узел с тряпьем! Где ваша галантность?
- Прошу прощения, - сказал Максвелл. - Мне, конечно, следовало оставить вас на полу.
Сильвестр остановился и, вытянув. шею, обнюхал колесника. Он наморщил нос, и на его морде было написано брезгливое недоумение. Колесник не подавал никаких признаков жизни. Сильвестр удовлетворенно попятился, присел на задние лапы и принялся умываться. На полу возле неподвижного колесника копошилась куча насекомых. Около десятка их ползло к выходу.
Шарп быстро прошел мимо колесника.
- Идемте, - сказал он, - Надо выбраться отсюда.
В коридоре все-еще висела отвратительная вонь.
- Но что произошло? - жалобно спросила Нэнси. - Почему мистер Мармадьюк…
- Горстка жуков-вонючек, и ничего больше! - объяснил ей Оп. - Нет, вы подумайте! Галактическая раса жучков-вонючек! И они нагнали на нас страху!
Инспектор Дрейтон встал поперек коридора.
- Боюсь, - сказал он внушительно, - что вам всем придется пойти со мной. Мне понадобятся ваши показания.
- Показания? - злобно повторил Шарп. - Да вы с ума сошли! Какие там показания, когда дракон на воле и…
- Но ведь был убит внеземлянин! - возразил Дрейтон. - И не простой внеземлянин, а представитель наших возможных врагов. Это может привести к самым непредвиденным последствиям.
- Да запишите просто: «Убит диким зверем», - посоветовал Оп.
- Оп, как вы смеете! - вспылила Кэрол. - Сильвестр совсем не дикий. Он ласков, как котенок. И он вовсе не зверь!
- А где Дух? - спросил Максвелл, оглядываясь.
- Смылся, - ответил Оп. - Его обычная манера, когда дело начинает пахнуть керосином. Трус он, и больше ничего.
- Но он же сказал…
- Правильно, - отозвался Оп. - И мы напрасно тратим время. О`Тулу нужна помощь.
Мистер О`Тул ждал их у шоссе.
- Я знал, что вы не преминете прибыть, - приветствовал он их, едва они сошли с полосы. - Дух сказал, что разыщет вас и оповестит. А вам безотлагательно потребен кто-то, кто сумеет вразумить троллей, которые попрятались в мосту, бессмысленно бормочут и не слушают никаких доводов.
- Но при чем тут тролли? - спросил Максвелл. - Хоть раз в жизни не могли бы вы забыть про троллей?
- Тролли, - возразил мистер О`Тул, - как они ни подлы, одни лишь способны оказать нам помощь.
Они ведь единственные, кто, не вкусив плодов цивилизации с ее множеством удобств, сохранили сноровку в колдовстве былых времен, и специализируются на самых черных, самых вредных чарах. Феи, естественно, также хранят заветы старины, но их волшебство направлено лишь на все доброе, а доброта это не то, в чем мы нуждаемся сейчас.
- Не могли бы вы объяснить нам, что, собственно, происходит? - попросил Шарп. - Дух испарился, ничего толком не сказав.
- С удовольствием, - ответил гоблин. - Но прежде отправимся в путь, не мешкая, и я поведаю вам все обстоятельства на ходу. Нам не осталось времени, чтобы терять его зря, а тролли упрямы, и много потребуется убеждений, дабы они согласились помочь нам. Они засели в замшелых камнях своего дурацкого моста и хихикают, как умалишенные. Хотя, как ни горька такая правда, но этим грязным троллям и лишаться-то нечего!
Они начали гуськом подниматься вверх по узкому оврагу, разделявшему две гряды холмов. Небо на востоке посветлело, но на тропинке, вьющейся среди кустов под густыми деревьями, было совсем темно. Там и сям уже звучал щебет просыпающихся птиц, а где-то на холме верещал енот.
