- Он пьян, - сказала девушка, - и ломает мебель. Хозяйка прячется в погребе, а я убежала. Я боюсь его, я всегда его боялась.
- Вы служите в гостинице?
- Да, - с горечью ответила она. - Я посудомойка, уборщица, девушка для побоев.
Неожиданно она села на сено.
- Мне безразлично, что будет. Я не вернусь, я убегу. Не знаю, что со мной будет, но я больше не останусь в гостинице. Он всегда пьян, а хозяйка, чуть что, хватается за полено. Не хочу больше.
- Можете идти с нами, - сказал Оливер. - Какая разница, если нас станет больше на одного?
- Мы идем далеко, - сказал Хол, - и путь наш будет труден.
- Не труднее, чем в гостинице, - возразила она.
- Кто-нибудь еще есть в гостинице? - поинтересовался Корнуэлл.
- Никого. Здесь никогда не бывает многолюдно. Время от времени несколько путешественников. Дровосеки и углежоги заходят выпить, да и то не часто, так как у них редко бывают деньги.
- Тогда мы спокойно можем спать до утра, - констатировал Джиб.
Енот, обследовавший дальние углы сеновала, вернулся и сел, обернув хвост вокруг лап.
- Один из нас будет дежурить, - сказал Корнуэлл, потом разбудит другого. Если остальные согласны, то я буду дежурить первым.
Джиб спросил у девушки:
- Вы пойдете с нами?
- Не думаю, чтобы это было разумно, - сказал Корнуэлл.
- Разумно или нет, - сказала она, - но я уйду, как только рассветет. С вами или без вас. Для меня это безразлично. Здесь я не останусь.
- Лучше, если она пойдет с нами, - сказал Хол. - Лес - не место для одинокой девушки.
- Если вы пойдете с нами, - сказал Оливер, - то мы должны знать ваше имя.
- Меня зовут Мери.
- Кто-нибудь хочет есть? - спросил Джиб. - У меня в мешке холодное мясо и орехи. Немного, но пожевать можно.
Хол тихо зашипел.
- Что такое?
- Мне показалось, что я что-то слышу.
Они прислушались. Но слышался лишь звук дождя и ветра.
- Я ничего не слышу, - признался Марк.
- Подождите, вот опять.
Все прислушались. На этот раз был ясно слышен странный звон.
- Подкованная лошадь, - сказал Хол. - Металл ударяется о камень.
Звук повторился, послышались отдаленные голоса. Скрипнула дверь конюшни, топот лошадей и звуки голосов раздались отчетливо.
- Здесь грязно.
- Лучше, чем снаружи.
- Хозяин пьян.
- Мы сами найдем еду и постели.
Ввели еще несколько лошадей. Заскрипела кожа - это снимали седла. Лошади переступали ногами. Одна из них заржала.
- Найди вилы и поднимись по лестнице, - сказал кто-то. - Там должно быть сено.
Корнуэлл быстро огляделся. Спрятаться было негде. Конечно можно было зарыться в сене, но только, чтобы сено не ворошили вилами.
- Все сразу, - прошептал он. - Нужно прорваться. Как только он покажется на лестнице.
Он повернулся к девушке.
- Поняли? Как можно быстрее. И бегите.
Она кивнула.
Лестница заскрипела, и Корнуэлл потянулся к рукоятке меча. Вихрь сена пронесся мимо. Краем глаза он увидел, как Енот с выпущенными когтями прыгнул на голову, показавшуюся в отверстии сеновала. Енот опустился на эту голову, и послышался приглушенный крик. Корнуэлл прыгнул к лестнице и начал быстро спускаться. На полпути он уловил блеск вил, но увернулся. У основания лестницы человек, поднимавшийся по ней, пытался освободиться от Енота, который вцепился в голову и лицо своей жертвы. Свободной левой рукой Корнуэлл вырвал вилы у этого человека.
Три кричащие фигуры устремились на него, и одна из них выхватила меч. Корнуэлл отвел назад левую руку с вилами, а потом с силой бросил их вперед. Держа перед собой меч, он побежал навстречу врагам. Щит все еще висел у него за спиной, ему некогда было взять его в руки.
«Это хорошо, - подумал он. - С рукой, занятой щитом, я не сумел бы выхватить вилы и кого-нибудь спускавшегося по лестнице они обязательно пронзили бы».
Одна из фигур перед ним с криком удивления и боли упала, схватившись за вилы, торчавшие из его груди. Корнуэлл увидел блеск направленного на него меча и инстинктивно увернулся, подняв над головой свой меч. Он почувствовал сильный удар по плечу. Одновременно его меч попал в чье-то тело. Он рывком вывернул меч, и повернувшись, прижался к лошади.
Лошадь лягнула его в живот. Согнувшись, он опустился на четвереньки, не в силах вздохнуть. Кто-то подхватил его под руки и поднял. Он с удивлением увидел, что меч все еще в руке.
- Прочь отсюда! - крикнул кто-то еще. - Они все сейчас набросятся на нас.
Все еще сгибаясь от удара в живот, он заставил свои ноги двигаться в направлении к двери. Дождь ударил ему в лицо, и он понял, что выбрался из конюшни. На фоне освещенных окон гостиницы он увидел бежавших к нему людей, а немного справа опустившуюся на колени фигуру лучника, который спокойно выпускал стрелу за стрелой. Крики и проклятия звучали во тьме. Некоторые из бежавших падали, пронзенные стрелами.
- Пошли, - послышался голос Джиба. - Мы все здесь. Хол задержит их.
Джиб схватил за руку, повернул и подтолкнул. Он снова побежал, выпрямившись, дыша легче, лишь с тупой болью в том месте, куда ударила лошадь.
- Достаточно, - сказал Джиб. - Надо собраться. Нам нельзя разделяться. Вы здесь, Мери?
- Здесь, - ответил испуганный голос.
- Оливер?
- Здесь.
- Енот, где ты?
