На берегу скопилось достаточно много сушняка и прочего горючего хлама, в последнее время море стало чаще выкидывать всевозможный мусор, носящий следы исчезнувшей цивилизации людей. Батюшка крестится, удобнее перекидывает автомат, начинает ловко складывать ветки, подготавливая к костру. Огоньки в море то исчезают, то вспыхивают, словно гигантские светляки. Викентий Петрович вздыхает, его раздирают противоречия, он видит скрытую угрозу в призрачных огоньках. Как спецназовец, он не стал бы подавать сигнал, но как священник – прежде думает о судьбах людей по воле божьей застрявших на этой барже между небом и землёй. Странно, что там всё ещё есть живые, уже достаточно много времени прошло с той страшной катастрофы. Вероятно, этот объект автономен и на нём есть всё, включая съестные припасы. Следовательно, люди на нём подготовленные и потенциально опасные.
Шуршит трава, скатываются несколько камней, батюшка без тревоги оборачивается, он знает, это Антон.
Молодой мужчина держит тлеющую головню, грудь вздымается, он весь путь бежал, боялся не успеть:- Баржа не скрылась?- с тревогой всматривается он вдаль.- Быстрее зажигай костёр!
- Им не требуется наш костёр, они целенаправленно идут к берегу и достаточно быстро. Определённо, на нём работают силовые установки, но их не слышно, значит это не баржа и не корабль … это подводная лодка.
- Как лодка?- опешил Антон.
- Атомная,- с болью в голосе произносит Викентий Петрович.
- Это здорово!- восклицает Антон.
- Кто его знает, у военных своеобразные представления о гуманизме, в какой-то мере я сам такой.
- Но они обязаны нам помочь!- вскричал Антон и суёт головню в сухие ветки.
- Не суетись,- строго говорит Викентий Петрович,- но если хочешь запалить костёр, разжигай, в любом случае они нас давно увидели.
Антон с усердием раздувает угольки, вспыхивает яркий огонёк, стремительно бежит по сухим веточкам и с радостью вгрызается в пук сена, взлетает огненным столбом, с жадностью накидываясь на толстые ветки вмиг освещая радостное лицо Антона и мрачное – Викентия Петровича:- Давай отойдём от костра,- тянет он за собой Антона, а сам прячет в мусоре автомат.- Ты постарайся, как можно меньше говорить, о народе ни слова. Разобраться надо, что за гости к нам идут, что у них на уме. Людям и раньше нельзя было верить, а сейчас и вовсе опасно.
Подводная лодка уверенно подходит к самому берегу, немалые глубины позволили это сделать. Она невероятно огромная и давит своей мощью, кажется это галлюцинация, мираж или сон. Как это нереально в вымершем мире, где люди как осколки от хрустальной вазы, разлетелись пылью по всей земле.
На палубе выстроились моряки с автоматами, с рубки спускаются несколько офицеров.
- Привет, народ!- командир атомной субмарины капитан первого ранга странно улыбается.
- Здравствуй, сын мой,- Викентий Петрович осеняет его крестным знамением.
- Поп, что ли?- кривится командир.
- Священник я,- смерено опускает голову Викентий Петрович.
- Этот кто?- косится он на Антона.
- Мы вместе с ним на плоту сюда попали.
- Так вас всего двое?
- Двое, сын мой,- батюшка вновь его крестит.
- И что, больше людей здесь нет?
- Никого … одни мы.
- А чем питаетесь?- в голосе капитана первого ранга появляется сострадание.
- Да чем бог даст. То рыбку поймаем, то птицу какую.
- Мы на Тибет идём, два места у нас найдётся. Если желаете, можете подняться на борт,- с радушием предлагает капитан первого ранга.
- Только два места?- не удержавшись, спрашивает Антон.
- Может ещё три найдём,- прищуривает глаза военный.- Так вы не одни? – проницательно замечает он.- Женщины есть?
- Бог миловал,- низко опускает голову Викентий Петрович и быстро крестится.- Нет, нас лишь двое и в этом нам дано испытание божье.
- Можно, конечно, прочесать берег,- наклоняется к командиру капитан третьего ранга.- Хотя … кругом скалы, следов человека не видно, а временем мы не располагаем.
- Поднимайтесь на борт,- требовательно произносит командир.
- Нам нельзя, отшельники мы,- словно овца блеет Викентий Петрович и вызывает своим смиренным голосом гадливое выражение на лице капитана первого ранга:- Вообще-то я не люблю попов,- заявляет командир.- Но не в моих правилах бросать людей на произвол судьбы. Хорошо, хотите остаться, оставайтесь,- он оборачивается к одному из матросов:- Скинь им пару клеток с птицей и двух петушков для развода дай. Отшельники … мать их … хоть одна баба была бы!- с раздражением сплёвывает он за борт.
Матросы скидываю клетки, Викентий Петрович быстро крестится, бьёт поклоны и гнусавым голосом благодарит. Командир морщится, берёт бинокль ночного виденья, долго осматривает берег:- Как вы тут живёте, даже хижины никакой нет?
- Почему нет? Шалаш есть,- поднимает просветлённый взгляд батюшка.
- Палатку им скинь и тёплые вещи … лодку со спиннингами,- расщедрился командир.- Не хочу брать грех на душу, боюсь, недолго проживут эти доходяги. Зима нагрянет, могут замёрзнуть … отшельники … мать их. Как эти придурки без баб живут?
