За одну ходку я взял двоих: Фею на спину, а Руд у меня на руках проехался. Второй ходкой я отвёз Багдрана на спине, а Цилхи в руках. Ну и в третий раз перенёс усыплённую Эулесту.
Соответственно носильщики увеличивались в количестве с каждым разом. Вначале Лёня перенёс Торуха Новаша, а потом уже они оба – магистра с профессором, ну и напоследок «прокатили» через зону членов нашего экипажа.
Все они скопом мне не нужны были в опасном месте, потому что мы сразу заметили нескольких крупных животных, выглядывающих из руин и из самых крайних полуразрушенных строений. Стопроцентно нас заметили и готовились к знакомству с новым блюдом. Так что инвалидам здесь не место, в лагере с помощью той же аркабаллисты можно сравнительно жёсткую оборону устроить, тогда как в условиях города мне за всеми не уследить. Да и сам овраг всё ещё оставался нежелательным для посещения крупными хищниками. Похоже, некая гипноблокада продолжала работать и пропускала лишь животных, годных на тушёнку или на колбаски.
Но вдруг всем нам без исключения понадобится срочно преодолеть преграду? Пусть и следом за ящерёнком. Так что частичная разблокировка сознания может пригодиться в любом случае.
Когда все пришли в себя, а также прошли «ходовые» испытания, я отправил экипаж и карапузов обратно в лагерь. Причём к последним мне пришлось применять чуть ли не физическое наказание, так они не хотели покидать опасный пригород. Особенно сёстры лютовали в справедливом возмущении:
– А чем эта овца лучше нас?! – восклицала Эулеста, тыкая пальчиком в сторону смиренно вздыхающей Вайлиады. – Мы со шпагами не хуже её умеем управляться!
В тон ей шипела и Цилхи:
– Когда некому было тебе постель согревать, ты нас уговаривал и горы златые обещал! А как эту ведьму старую встретил, которая приворотила, так мы уже и ни на что не годные? Можно нас унижать и оскорблять безнаказанно?
Старую? Это они зря! Конечно, Фея несколько старше меня, но назвать её старой можно только от крайней степени зависти. Именно это я приговаривал, пинками загоняя семейство Свонхов обратно в зону и направляя в сторону лагеря.
Идущий рядом капитан только посмеивался, глядя на наши тёрки:
– Интересно вы, гайчи, живёте. Весело! Хе-хе! В нашем кастовом обществе женская особь вообще права голоса не имеет.
Развивать тему я не стал, зато оставил капитану одну маску для связи:
– Постарайся её не снимать, нас слушать и, если что, о своих трудностях доложить.
Пробежался обратно через зону отторжения, уже и не прислушиваясь к недовольным нотациям ментального давления. А собрав группу, определил порядок движения, и мы двинулись в город. Найдёнов в арьергарде, Алмаз – метрах в пяти над нами левитировал, ну и я – впереди, готовый ко всему. Как бы…
Замеченные нами животные (или мутанты?) не просто куда-то спрятались, а скорей всего, покинули этот район, потому что, как мы ни всматривались, ни единого теплового пятна не обнаружили. Неужели в подземелье скрылись? И теперь будут нам готовить полноценную засаду с тотальным окружением?
Но тогда уж точно у них имеются зачатки разума. И стоит ли заходить дальше первой улочки, которая оказалась выложена не просто брусчаткой обычного размера, а подобным камнем, но раз в пять бóльшим по размерам? Солидно тут когда-то строили, на тысячелетия, не иначе.
Именно эти моменты мы негромко обсуждали, остановившись, когда нас попытались элементарно раскатать тонким слоем по древней мостовой. Близлежащее, метрах в пятидесяти от нас, вполне целое одноэтажное здание вдруг рассыпалось, почти взорвалось от страшного удара изнутри. Не успел я толком прикрыть нашу группу щитом от разлетающихся обломков, как из образовавшегося в глубь земли проёма вырвалась туша гигантского опарыша. А за ней вторая! Точнее, первая туша, скорей всего, и разрушила дом, ударив по нему своим телом. Причём данный вид опарышей выглядел раз в двадцать бóльше по размеру, чем встреченные нами в катакомбах, где Алмаз чуть не погиб по собственной глупости.
Что ещё поразило, так это способ передвижения неведомых существ. У них не было конечностей как таковых, но двигаться, извиваясь, как змеи или как гусеницы, они не могли. Слишком их тела выглядели тяжелыми, твёрдыми, словно покрытыми бронёй. А где у них пасть, глаза или какие-то иные органы, в скоротечности событий не удалось бы рассмотреть при всём желании, потому что эти туши, десятиметровые в длину, просто перекатывались с одной своей конечности, вставая на ней, на другую. Это напоминало игрушку «ванька-встанька», только та стояла лишь на ногах, а эта напасть с одинаковой лёгкостью и на голову становилась.
Хотя где там голова, а где жо… конечная часть туловища, без вскрытия понять не получалось. Да и некогда: бронированные чудища накатывались на нас рывками, ударяя по грунту так, что мостовая под нами вздрагивала.
