Казах снова вгляделся в невозмутимое лицо собеседника, улыбнулся уже более человечно, хотя видно было, что техникой внутренней улыбки он не владеет.
— Офицер для особых поручений должен уметь делать все. - Он подчеркнул последнее слово. - Хотя ценится более всего умение держать язык за зубами. На размышления дается два дня. Если через два дня вы не позвоните вот по этому телефону в Москву, - незнакомец продиктовал номер, - мы будем знать, что вы отказались. Но лучше бы вы этого не делали, потому что… - Он не договорил - Василий, вдруг оказавшийся рядом, из немыслимого положения и в немыслимом темпе провел хоко-но кэри, от чего чужак нырнул под джип затылком вниз, успев сгруппироваться лишь в самый последний момент. Он спокойно вылез из-под машины, отряхнул костюм, заканчивая фразу:
— ..налюбого крутого профи можно найти еще более крутого. - Пригладил волосы, глянул на хладнокровно ждущего продолжения Василия. - Или зомби-команду. Не так ли, мастер? До встречи в столице.
Он помог сесть в кабину пришедшему в себя наблюдателю, бросил туда же «дипломат» «СЭРа», покосился на задумчиво жующего травинку Котова.
— Надеюсь, вы не сильно травмировали моего второго наблюдателя? Это может негативно отразиться на вашей судьбе.
— Наша судьба - то гульба, то пальба, - пробормотал Вася, поворачиваясь к нему спиной.
В шесть часов вечера они с Натальей поехали надень рождения к ее друзьям, с которыми успел сдружиться и Василий. Компания была действительно веселая, добрая, неагрессивная, любившая розыгрыши и шутки, отдыхать с ними было легко и приятно.
Валентина Брускова, ближайшая подруга Натальи, снова рассмешила всех историей, которые вечно происходили с ней и с мужем. Одну из таких историй Василий помнил еще с прошлой встречи - рассказала ее не Валентина, а Наташа.
Произошла история во время празднования Восьмого марта.
Собралось на Восьмое марта на квартире у Брусковых человек десять, выпили, закусили, потанцевали, послушали анекдоты - муж Вали Алексей был мастак на это, снова выпили, а когда стали расходиться, из спальни в прихожую вдруг вышла с трагическим лицом Валентина, держа в вытянутой руке бюстгальтер, в чашки которого свободно уместилась бы мужская голова.
— Вот, полюбуйтесь! - голосом, соответствующим ее облику, изрекла Валентина. - Нашла за батареей отопления. Ну что мне с ним, моим суженым, делать? Как жить дальше? Посоветуйте.
Гости оторопели, переглядываясь, не зная, что сказать, - так убедительно было поведение хозяйки.
— Валь, что за шутки? - нашлась наконец одна из ее подруг, Ольга.
— Действительно, Брускова, - поддержала Ольгу Раиса, - любишь ты людей разыгрывать.
— Какие розыгрыши?! Какие шутки?! - повысила голос Валентина. - Первый раз, что ли? То трусы нахожу, то полотенце чужое, теперь вот это…
В прихожую выглянул Алексей, глянул на жену.
— Чего шумишь, гостей пугаешь? Что это у тебя в руке?
— Сам не видишь, что ли? - Лицо Валентины стало плаксивым, на глаза навернулись слезы. - Кто к тебе ходит, пока я на работе? Чей это бюстгальтер?!
— Да ты что, Валь? - забормотал изумленный Алексей. - Кто ко мне может ходить, да еще с такими.., габаритами! Я ведь тоже целыми днями на работе. Может, твоя мама забыла?
— Вот и позвони, выясни, а я послушаю.
Растерянный Алексей оглядел притихших гостей, обреченно снял трубку, набрал номер:
— Вера Васильевна? Это я, Леша.., вы у нас.., э-э.., извините, конечно.., случайно свой бюстгальтер не оставили? Нет? Очень жаль!
Все молча смотрели на взмокшего Алексея, ожидая развязки сцены, и тут Валентина не выдержала, расхохоталась до слез. Выяснилось, что бюстгальтер был податен ей коллективом парикмахерской в качестве шутки…
— Что? - опомнился Василий, выплывая из глубин воспоминании, отреагировав на вопрос сидевшей слева Наташи.
— Что с тобой? - повторила вопрос девушка, которая всегда улавливала его состояние, хотя внешне он казался таким же, как всегда. Значит, все же следует держать себя плотнее, никто не должен видеть борьбы в его душе - его мучило предложение Коржакова.
— Все нормально, - ответил Вася, сжимая пальцы подруги, понимая, что все как раз ненормально. Однако и он не был виноват в том, что не может жить долго без круговорота друзей и врагов, без риска, взгляда или выстрела в спину, без волнений и тревог…
Расходиться начали в начале двенадцатого ночи, когда за стеной раздались звуки музыки и загалдели голоса. Лица Раисы и Виктора, у которых собралась компания, поскучнели.
— Опять… - со вздохом произнесла хозяйка. - Хорошо, что мама ночует у бабули.
— А в чем дело? - остановился у порога Василий.
— С месяц не можем жить спокойно. Наши соседи переехали в другой город, а на их место переселилась одна.., мать-героиня! Каждый день пьянки да гульки, шум такой, что не только мама уснуть не может, а весь подъезд! И ведь начинают, подлецы, именно в полночь, а бывает, и в час ночи, и в два.
— Не пробовали втолковать?
