Как человек, известный своей честностью и пользующийся доверием двора, он был готов сам попросить разрешение у короля Ли Хона, если это будет необходимо.
– Думаю, это будет весьма затруднительно, – с горечью ответил Синвон.
Было трудно объяснить родителям все, что происходило между королем Ли Хоном, Соран и им самим.
– Хочешь сказать, что жениться на Соран ты не сможешь?
– В любом случае в стране действует запрет на браки, – попытался уйти от ответа Синвон.
– Говорят, что скоро во дворце начнутся смотрины. Через несколько месяцев запрет будет снят, и тогда ты тоже сможешь жениться.
– Даже так… – начал Синвон, но замолчал, не зная, как продолжить.
Ли Чонхак спросил, словно бросая вызов:
– А если мы предложим тебе жениться на девушке из другой семьи, ты согласишься?
На этот раз Синвон не смог ответить. Он никогда даже не представлял рядом с собой кого-то, кроме Соран.
Заметив его замешательство, Ли Чонхак сказал:
– Забудь о других и расскажи, что у тебя на сердце. Чего хочешь ты сам?
Он уже догадывался о чувствах сына.
Мужчина, который бросился в бурную реку, чтобы спасти девушку, наверняка испытывает к ней нечто большее, чем просто симпатию.
– Какие у тебя чувства к Соран?
Но Синвон не смог ответить. Признаться в своих истинных чувствах…
– Я не могу сказать, – тихо ответил он.
Синвон боялся, что если озвучит свои чувства, то родители начнут давить на Соран, чтобы свадьба все-таки состоялась.
– Хорошо, Синвон. Мы не станем тебя торопить. Подождем, пока не закончатся смотрины, и посмотрим, что будет дальше, – сказал господин Ли Чонхак.
– Не давите на нее. Она служила при дворе и, вероятно, пока не готова думать о браке.
– Конечно, мы все понимаем. Главное сейчас – ваше с Соран здоровье. Все остальное подождет.
– Да, отец.
На этом разговор завершился, и Синвон вышел из комнаты. Его по-прежнему терзали сомнения. Пока Соран находится в этом доме, тема брака будет снова и снова всплывать, даже если не прямо. Он беспокоился, что Соран уйдет, почувствовав давление. Сейчас он был благодарен уже за то, что она остается рядом.
Однако где-то в глубине души зарождалась надежда. Быть может, теплота и доброта его родителей заставят Соран изменить свое мнение? Если она не сможет вернуться во дворец, разве не безопаснее всего будет остаться здесь, в этом доме?
«Если бы она согласилась остаться здесь, пусть даже надолго… это было бы прекрасно», – подумал он.
Пока госпожа Сон сидела в женской половине дома, вышивая узор на одеяле, к ней подошла Соран.
– Матушка, давайте я вам помогу.
– Но ты же еще не совсем поправилась!
– После прижигания мне стало гораздо легче, – уверенно ответила Соран.
– Думаешь, справишься? – с сомнением спросила госпожа Сон, глядя на сложный узор, который нужно было вышить.
Соран уверенно взяла в руки иголку.
– Честно говоря, раньше у меня получалось не очень. Я терпеть не могла сидеть на месте и заниматься рукоделием, но когда попала во дворец, мне пришлось измениться. Там, если что-то не умеешь, получаешь нагоняй.
– Ну и пусть получится не идеально. Все равно это одеяло для господина, а у него в последнее время зрение ослабло. Он и не заметит, – успокоила ее госпожа Сон.
– Тем более нужно постараться! Как-никак я тут бесплатно ем и сплю.
– Ну что ты! Не думай об этом. Считай, что приехала погостить к родственникам.
– Хорошо, матушка, – кивнула Соран с теплой улыбкой и сосредоточилась на вышивании.
«Ах, она стала бы идеальной невесткой, – подумала госпожа Сон, с легкой грустью глядя на девушку. – Эх, если бы тогда, семь лет назад, все сложилось иначе и они с Синвоном смогли бы пожениться…»
– Матушка, вы что, хотите вышить мой портрет на этом одеяле? – пошутила Соран, заметив ее пристальный взгляд.
– Ох, если бы я могла, то наш господин весь день бы ходил с улыбкой до ушей. Сказал бы, что вышивка получилась потрясающе красивой!
– Матушка, посмотрите, как получается. Так пойдет?
– Ох, просто чудесно! Сразу видно, что ты была придворной дамой.
– Знаете, моя родная мама, когда смотрела на мои вышивки, всегда плакала. Говорила, что никто не возьмет замуж такую криворукую девушку. Хорошо, что я сейчас хоть чему-то научилась.
– Уверена, если бы она увидела это сейчас, она бы очень гордилась тобой, – тепло сказала госпожа Сон.
Соран слегка улыбнулась, но ее глаза наполнились грустью. Чем больше времени она проводила с госпожой Сон, тем чаще вспоминала свою покойную мать, госпожу Ким. Эти забытые ощущения материнской любви вновь вызывали у нее щемящую тоску.
Госпожа Сон, заметив, как у Соран изменилось лицо, широко раскинула руки.
– Если будешь скучать по матери, приходи ко мне. Представляю, как тебе ее не хватает.
При упоминании госпожи Ким губы Соран дрогнули, и казалось, что она вот-вот расплачется.
– Очень…
Не выдержав, Соран отложила вышивку и обняла госпожу Сон.
Вот оно, семейное тепло. Такое мягкое, такое ласковое…
В следующий миг в дом вошел Синвон, вернувшийся из поездки.
– Говорил, что должен уладить дела в городе, а вернулся так быстро, – удивилась госпожа Сон.
– Да. У меня есть новости для Соран, – ответил он.
– Для меня? Какие?
