Так домашним стала известна его тайна. Через пару дней весть о существовании той, другой, просочилась в СМИ, скорее всего, супруга, тактично старавшаяся помогать мэру в делах, обмолвилась на открытии памятника затонувшим кораблям, а консультанты-профессионалы тут же озадачились, нельзя ли использовать эту историю для повышения рейтинга, выжав из маленькой странности мэра максимум пользы. С тех пор мэр играл на собраниях, играл на банкетах, играл на открытии больниц и обсерваторий, перед многотысячным парадом, во время церемонии заложения камней университетов и спортшкол. Он играл пару раз перед камерой, а однажды, раскрасневшись от напряжения, переврав половину нот, исполнил отрывок симфонии на приеме в честь дня рождения бельгийского посла.
Не так давно, совершенно случайно, спеша по лестнице вниз, к машине, он заметил на двери кладовой новенький замок, он хотел поинтересоваться, когда его врезали и у кого теперь хранятся ключи, но закрутился за день и совершенно забыл. С тех пор та, другая, непрожитая жизнь постепенно стала отпускать его, стала притупляться, пока не истончилась окончательно, пока не растаяла без следа, оставив после себя лишь блеклое пятнышко пустоты.
