— Я служил твоим родителям. Я их верный слуга, потому-то их отлично знаю. Показал тебе иллюзии, чтобы удостовериться в твоей личности, Роуз. Теперь я точно знаю, что ты это ты. — Я слушала, внимала и верила каждому слову. До меня начало доходить. Защемило сердце, будто я спустя годы разлуки встретила кого-то близкого. Члена своей потерянной семьи. Кшиштоф продолжал тараторить: — И да, твоя магия проснулась ещё не до конца. Лазурная сила, которой ты не можешь пользоваться, со временем тоже будет доступна, как и остальное, что есть у всех из твоего рода. Прости, не успею рассказать тебе всего, что хотел.
Белые волчьи уши дёрнулись в сторону. Он что-то услышал.
Его пальцы успели впихнуть мне в руку какую-то бумагу.
«Спрячь, никому не показывай и не потеряй. Потом внимательно изучи», — сказал его взгляд.
Волк, из последних крох магии вновь создав себе иллюзию, побежал вглубь коридора, явно презирая себя за то, что бежит и не может дать кому-то бой. Словно в замедленной съёмке я увидела кинжал с чёрным загнутым лезвием, летящий в спину бегущему Кшиштофу. Лезвие холодно сверкнуло и достигло спины учителя, поразив его меж лопаток. Прямо в позвоночник.
Я оглохла. Я вообще выпала из этого мира. Могла только наблюдать за тем, как тело снежного волка падает на пол и по инерции ещё пролетает где-то метра два. Я видела, как его грудь поднялась и опала в последний раз. Под ним начала растекаться багряная лужа крови.
Боги милосердные. Его убили.
Убили!
Ледяной ветер недоверчиво посвистел в ушах, точно отказываясь верить в произошедшее. Чтобы позже пронёсся по коридорам школы, неистово рыча от ярости. Кто?! Корка льда начала покрывать не только мои руки, но и пол, стены, потолок. Камень хрустел от холода. Кто?! По стенам сыпалась крошка. Если я сейчас захочу, то здание школы моментально рухнет, погребя и убийцу, и меня, и сотни ни в чём неповинных существ.
Едва обуздав магию, я резко развернулась в ту сторону, откуда летел кинжал. Там стоял донельзя довольный собой Мирон.
— Что ты натворил?! — вскричала я.
Герцог прицыкнул языком.
— Аккуратнее, мисс Роуз. — Его голос мурлыкал не только от радости, но ещё и от того, что Мирон опять готов зарычать подобно льву, если я скажу или сделаю что-то не то. — О чём это вы так мило беседовали с этим ментальным магом, позвольте спросить?
Что?
Я неверующе посмотрела на мёртвого Кшиштофа. Но он не мог быть тем ментальным магом, который убивал направо и налево всех женщин, кто имел власть! Нет, Снежный волк ни за что не стал бы опускаться так низко. Знаю, что в этом преступлении виновен не добропорядочный учитель иллюзий, оказавшийся ещё и верным слугой моих родителей.
— Ты убил не того!
— Роуз, — холодно и строго произнёс энеш-тошерн. — Он владеет ментальной магией. Кинжал, которым я его убил, принадлежит ему. Он его кинул в
Я молчала. Во мне боролись противоречивые чувства. Хотелось самой прибить Сатанора, а в то же время я была готова сказать «спасибо», если бы не одно «но».
— Он не виновен. Ты убил не того!
Герцог меня не слушал. Вспышка огненного заклинания превратила тело убитого в кучу пепла. Все слова и мысли застыли у меня в голове. Пепел телепатическим заклинанием улетел в пространственный карман Мирона, вскоре в вихре портала исчез и сам Сатанор, оставив меня одну разбираться со своими чувствами.
Прозвенел звонок, но я не побежала на урок. Слёзы текли по щекам, а у меня не поднимались руки их вытереть. Наконец, сообразив, что надо сделать, я на всех парах побежала в кабинет директора.
В коридорах не было никого. Только мои торопливые шаги и судорожные вздохи нарушали гнетущую тишину. Мне казалось, что вместе с волком погиб весь мир. В груди саднило, в горле встал горький ком. Хотелось разрыдаться прямо на месте, упасть на пол под дверь какого-то кабинета. Но я так не сделала.
Бежала очень быстро, используя всевозможные ускоряющие заклинания. Дверь приёмной открыла без стука, заставив мистера Наруна подскочить на месте.
— Вас, мисс, не учили стучаться? — недовольно проворчал ангел, но, заметив мокрые дорожки на моих щеках, нахмурился и спросил прямо: — Что случилось?
Голос и язык отказывались повиноваться, но я постаралась предельно чётко сказать:
— Кшиштоф… его убили. Это сделал Мирон. Герцог считает, что учитель иллюзий это и есть тот ментальный маг, которого он искал.
Директор некоторое время переваривал информацию. Его густые брови почти касались друг друга на переносице. Пару раз он открыл рот, то ли от удивления, то ли собираясь задать уточняющие вопросы. Я сгорала от нетерпения и мысленно умоляла Наруна сделать хоть что-то! Когда до ангела дошёл смысл сказанного, то он взмахом крыльев перепрыгнул свой стол и торопливо пошёл к выходу, не забыв рявкнуть мне через плечо:
— Идём со мной. Быстро!
