— Бери, бери, бери, — опять послышался голос существа.
Я посмотрел в глаза с несколькими разбитыми омниметрическими фигурами в зрачках, опознав там осколки сознания.
Выражения блуждали по лицу клона Фархата, бесконтрольной вереницей, явно ему неподконтрольные. В одну секунду он скалился, в следующую — улыбался, а потом — грустил.
Хаотическая волна мимики, тем не менее, жутко контрастировала с внимательным взглядом.
Долго думать я не стал, поскольку прерванный ритуал уже должны заметить, а значит тут с минуты на минуту должен появится кто-то из охраны. Либо сама Алиса.
Кольца мягко обвились вокруг влажной кожи, сцепились. А затем нанитная броня, на основе пространственного сжатия, покрыла тело.
— Доча, доча, доча, — зашептал клон Фархата, подавая мне шлем с прозрачным забралом. — Спаси, спаси, спаси….
Мне было больно смотреть на существо и осознавать, что сейчас я фактически общаюсь со скудной частицей своего наставника, что нежданно-негаданно пробудилась. И взяла контроль над жутким кадавром.
Возможно ли что он предвидел нечто подобное и подготовил это?
Неожиданно мистраль ухватил меня за запястье, встав в полный рост и приблизившись к лицу вплотную.
— Книга! — выдавил он. — Хокин-з-с, хокин, книга!
От услышанного я удивленно поднял брови, а клон активно закивал, увидев понимание.
— Найди! Там… — гримаса безумной улыбки сменилась корчем по всем лицевым мышцам. — Там все! Книга, хокинз-с-с, всё!
— Хорошо, — выдохнул я, кивнув. — Спасибо…
За дверьми послышался шум и шлюз двери содрогнулся от удара. Клон резко развернулся, превращаясь в чудовище и оборачиваясь.
Повеяло холодом синтеза.
Я тут же присел на колени, взывая к собственному Атрибуту.
Ощущение показалось невероятно странным. Будто помимо базовых чувств и восприятия Потока, добавился дополнительный орган.
Атрибут отозвался свободно, открывая передо мной самую настоящую пропасть телепортации. И среди возможных вариантов можно было бы запросто потеряться, если бы не искажение Потока.
Некий бесформенный указатель, что не увидеть, но ощущается также же ясно и четко, как направление собственной руки.
Дверь шлюза развалилась как раз когда я готовился прыгнуть в зев Атрибута.
Мистраль с частицей Фархата раскрыл свое тело спиной к шлюзу, словно белка-летунья. Создал стену между мной и вбежавшей разъяренной Алисой.
Его кожа разгоралась пылающей манаплазмой, сигнализируя незнакомый комплекс, что плавил тело. Словно огонь раритетную кинопленку, заставляя пузыриться и деформироваться.
— П-п-п, — он выпучил глаза, пытаясь выдавить из себя заветное слово. — П-п-п-рости…
Когда я прыгнул в звездное отверстие, Фархат напоминал надувшийся шар.
Он лопнул в момент схлопывания Атрибута.
5
Силуэт, сплетенный из маны, смотрел на Фрею огромными глазами, в которых плескались звезды. Мощная темная броня отсвечивала лазурью, а прозрачные крылья розганяли сам Поток.
Это, несомненно, был спирит.
Девушка все еще находилась в трансе, но словно смотрела на себя со стороны. Безучастный наблюдатель.
— Ты умираешь, дитя! — прозвучал низкий голос.
— Знаю, — сказала Фрея. — Но что я могу поделать? Видимо, такова судьба.
— Ты не веришь в судьбу, — ответило создание.
— Тебе-то откуда знать? — удивилась девушка.
— Ты уже знаешь ответ. Всегда знала. Еще на той скале. Твой отец приложил слишком много усилий, чтобы привязать меня к тебе. Впрочем, ты и это знаешь. Не забыла. Просто не хочешь помнить. В отличии от того создания, что ты называла сестрой, в тебе никогда не было древней крови. Зато всегда было пламя. Праведное пламя жизни, способное ее же отнимать. Как и у твоего отца, что, увы, это пламя запятнал грязью.
Поначалу Фрея не понимала о чем говорит создание, но с каждым сказанным слово, в ее сознании будто открывались новые детали.
“Ведьмин дар”, который ей приписывали, всегда был с ней. Она всегда чувствовала нечто большее в вещах, нечто скрытое. Каким-то странным образом могла влиять на ход вещей, принося врагам несчастья, а союзникам — удачу.
Забавно, что она не смогла почувствовать этого ни в собственном отце, ни в сестре. Хотя с последней, всегда был конфликт. Пускай и смягченный семейными узами.
— Ты можешь помочь? — спросила девушка.
— Ты сама можешь. Впусти меня, а затем и его.
— Его? — нахмурилась Фрея.
— Странника.
Переспросить о чем речь, она не успела, так как на обсидиановой поверхности неожиданно появилось облако из тьмы, полной звезд. Точно как в глазах спирита.
Неожиданно она ощутила, как давления не нее ослабевает, выкидывая из транса и возвращая в собственное тело. Будто какая-то незримая цепь была разрушена.
Тэсс появился неожиданно, мгновенно вынырнув из Атрибута. Выглядел парень крайне паршиво, что было заметно даже сквозь запотевшее стекло забрало. Лицо покрывала тонкая пленка кровь вперемешку с манаплазмой, создавая неприятный блестящий эффект.
Но больше всего виделялось само лицо — истощенное и измученное. Что никак не сопоставлялось с полыхающими маной глазами. В черноте которых кружилась метелица звезд.
Стелс-броня отряда Танатос? Что за…
