— Надо идти скорее, чтобы люди не увидали.
— Захвати мясо с собой.
Она схватила, да и марш домой. Через час и он пришел.
— Где ты, старик был?
— В ригу ходил, думал, что двери не запер. А они оказались заперты.
— Ну, ладно, ладно.
Поужинали, спать легли. Стала жена обнимать и ласкаться к нему.
— Что ты, старик, сегодня не отвечаешь на мою нежность?
— А устал, возы склал, два воза, руки болят.
— Ну, ладно, спи. Если, конечно, это так.
Проспали. Она встала, печь затапливает.
— Старик, блинов печь ли?
— А мне — все равно.
— Мясо класть ли варить?
— А как хочешь — вари.
Она и поднесла показать мясо:
— Кладем все?
Он взглянул:
— Куда ты, много.
Тут и узнал свое мясо проебанное. Смутился, на вору всегда шапка горит, да дело сделано, назад не воротишь.
А старуха говорит:
— Мясо даровое, ночью добыто, дёшово досталось! Едим, что тут!
Он взял, глаза одеялом и закрыл. Полежал, встал:
— Надо к лошади сходить.
Оделся запряг лошадь да и уехал в лес голодный. Вечером приехал из лесу.
Кум ходил к куме. Кума решила дать любовнику отставку. Надоел. Вечером приглашает кума:
— Приходи, кум, в овечий хлев. Там встретимся, перепихнемся.
Кум приходит. Как пришел кум туда, она посылает своего мужа к овцам дать сена. Приходит, а там кум.
— А ты, кум, зачем тут?
— Вот люди, говорят, кумушко, надо увести тайком барана, чтобы скорее овца огулялась. Вот я и решил взять твоего барана, подпустить к своей овце. Уж хочется, чтобы она быстрее огулялась.
Днем увидал любовницу.
— А, кума, — кум говорит, — как ты меня провела и в хлев завлекла. Нехорошо так делать, а то разлюблю.
— Ну, кумушко, извини, — говорит, — на другой день приходи в коровий хлев.
На другой день кум приходит в коровий хлев. Посылает кума тут же своего мужа в хлев. А в хлеву кум.
— Ты почему, кум, опять здесь?
— А, кумушко, извини, тайком увести быка, чтобы скорее корова огулялась. На возьми!
Днем увидал куму.
— Как, кума, ты меня провела! Не ожидал, не ожидал я такого отношения к себе.
— Ну, кумушко, извини, вечером приходи в дом и ложись прямо на пуховую постель.
Вечером ложатся на покой, она говорит своему мужу:
— Разлюбезный мой, скинь подштанники и штаны, ложись на мягкую перину, отдохни, как человек, а то никогда не снимаешь с себя одежду. А я кое-что сделаю по дому.
Погасила огонь в доме. Является кум. Ложится на мягкую пуховую постель. А там без подштанников хозяин. Спрашивает хозяин гостя:
— Ты зачем?
Гость пересрал, хозяин его схватил, заорал громко:
— Огня.
Хозяйка приносит огня: лежат на перине два кума. Гость и говорит:
— А, кума, третий раз меня провела!
Отвечала кума:
— Ах, кум, кум, кум, какой же ты безум! Бог любит троицу. Не являйся никогда.
Поехал хохол в город за покупками. Приехал, видит, как учат солдат на площадке. Остановился. Смотрит как выполняют команды. Ученье кончилось, взводный идет.
— Ты чо, старик, стоишь?
— Да я, кажу, дывлюся стою, как эти сверкают шашками.
— А это мы бычков учим.
— А, бычков учите! Дак они яки образовалися?
— Так и образовались.
— Эх, я бы своего пестряйка отдал под это ученье.
— Можно взять.
— А шо ж, он через год образуется?
— Как же, образуется.
— А как мне его сповидать?
— Вставай на это же место. Отпрягай пестряйка. Отпрег быка, отдал. Солдат увез быка, зарезал, съели.
Хохол вернулся домой. Хозяйка спрашивает:
— Где жо твой пестряйко?
— Где, отдал в ученье.
Год проходит, едет хохол в город, встает на то же место. Солдат опять учат. Ученье кончилось, взводный тот же идет.
— Ты что стоишь?
— Да своего бычка увидать надо.
— А вон новой дом, зеленая-то крыша, там быков!
Начальник был Быков.
— Ах, как он образовался! Через год новый дом построил! Эх, поеду на свиданье с пестряйком.
Приезжает к дому.
— Здесь Быков?
— Что тебе нужно? — спрашивает часовой.
— Да увидать бычка нужно.
— Не ходи, нельзя.
— Як нельзя? Ведь Быков мой родной бык.
— Ну, проходи.
Заходит в канцелярию.
— Зачем?
— А як ты не узнав старого хозяина?
— Какой те старый хозяин, ты сам старый пес.
— Ага-га, не сознався ты! Иди хоть с бурейком понюхайся.
Сымает веревку, начинает на начальника надевать. Закричал начальник солдату:
— Иди! Это он меня удавить хочет!
Солдат прикладом налупил хохла:
— Убирайся, убирайся, невежа!
Поп сеял репу, кто-то испугал его кобылу, кобыла убежала и борону переломила. Поп побежал за кобылой и говорит:
— Возьми, леший, и репу всю! Кобыла убежала, да и бороны жалко.
Осенью репа выросла хорошая, поп пришел репу рвать, а леший пришел и говорит:
— Что ты, поп, ведь ты мне отдал репу-то. Я все лето воду носил да поливал.
— А я все лето молебны пел да Бога просил.
А попадья услышала.
— О чем вы спорите?
Леший и говорит:
— Да вот, отдал мне репу, а теперь обратно берет.
А попадья говорит:
— Вот что я вам скажу: вы приезжайте завтра на зверях: кто у кого зверя не узнает, того и репа.
Назавтра леший едет, только ограда хрестит. А поп и говорит:
— Ишь ты, леший как на льву едет.
А леший на льву и ехал.
— Ну, уж ты, поп, — говорит леший, — не дал доехать да и зверя узнал.
