— Прости, — буркнул он. — Прости меня, автор. Прости за то, что не пришёл раньше. Эта книга принесла тебе столько страданий. Она до сих пор хранит все твои тревоги. Ты столько бессонных ночей потратил на её написание. В этом не было смысла. Твой зов не услышан, ты забыт и унижен, но с этой книгой умрёт и твоя боль. Прости, что не пришёл на помощь тебе раньше. Теперь я помогу тебе с этим покончить.
Райпур взмахнул рукой и без тени сомнения внёс книгу в огонь. Он положил её в пламя мягко и бережно, проведя рукой на прощание по её ветхому переплёту, а затем медленно отдёрнул ладонь, словно ему было больно оторвать свои пальцы от этой серо-зелёной обложки. Книга не вспыхнула, не разлетелась на сотни искр. Даже не выпала из его руки. Она тихо и покорно соскользнула с его ладони и смиренно легла бочком посреди языков огня. Даже те, казалось, не спешили её заглотнуть. Они медленно, ласково поползли по её краям, которые тут же окрасились рыжим румянцем, прежде чем покорно обуглиться, и стали осторожно пробираться ближе к её центру.
Книга сгорала медленно и величественно. Они оба знали, что выход есть — и Райпур, и сама книга знали, что в любой момент книгу можно было вытащить из огня, она ещё не успела основательно прогореть, всё ещё нетронуты были её пожелтевшие от старости страницы. Но ни Райпур не шелохнулся, ни книга не съехала с груды бумажек. Они приняли это величественно и благородно, и Райпур так и стоял с гордо поднятой головой, пока пламя не превратилось в тоненькую струйку дыма.
И тут в дверь кто-то постучался. Генерал встрепенулся, смахнул тлеющие остатки в урну для бумаг, и отворил дверь. Каково же было его удивление, когда на пороге он застал ни кого иного, как Просветителя. Тот стоял, как всегда, закутавшись в длинный плащ, и поглаживал рукой седую бороду.
— Давненько я с Вами не беседовал, Райпур, — пробормотал старик, зевая от скуки. — Помнится, тогда и заварушка эта начаться ещё не успела. Я Вас тогда застал в коридоре. Вы стояли у окна и смотрели на город. Я тогда подумал, сколько же одухотворённости было в Вашем взгляде, сколько стремления, рвения к своей цели. Это был взгляд человека, в чьей душе цвела прекрасная мечта. В чьей душе нашла свой расцвет непоколебимая гордость за его страну.
— К чему это Вы? — нахмурился Райпур.
— Вы мой преемник, Райпур Альтергиль, — пожал плечами Просветитель, проводив его долгим взглядом. — Когда я умру, Вы встанете на моё место, и в Вашем распоряжении будет находиться вся армия нашей великой земли.
— И что с того?
— Как что? — ахнул старик. — Куда же делся Ваш неизлечимый патриотизм? Ах, как же порой меняются люди…
— Раньше Вы попрекали меня за излишнюю любовь к родине, — огрызнулся генерал.
— Попрекал? Было дело. Так это было для того, чтобы ты стал уверенней в себе. Чтобы ты стал сильнее. Не мог же я открыто признать, что завидую твоей цветущей мечте, — повёл бровью старик. — Но, вижу, мои советы тебе уже не нужны, коль ты отказался от своих амбиций. Как я восхишался твоим светлым рвением, когда ты стоял у открытого окна и любовался своей страной. Своими поддаными. Но теперь… Тот полный гордости и любви к своей родине взор… погас в твоих глазах.
«Погас?»
Райпур только собирался задать Просветителю вопрос, как тот вдруг исчез. Так же внезапно, как и появился. Только в воздухе перед генералом кружился ворох пылинок.
Ремарка
Отрывок из книги «Как прячут от нас историю и кому это выгодно».
Почему человека нельзя возродить? Почему нельзя воссоздать утраченный предмет? Ведь, казалось бы, он соткан из Энергии, которую вполне можно было бы собрать обратно.
После того, как предмет исчезает, исчезает и его оболочка, аура, и ничто больше не держит подле него Энергию. Она моментом рассеивается, перетекая в иной предмет, появившийся на свет в момент смерти предыдущего. Для Энергии расстояние несущественно. Она может передаться любому предмету в любой точке мира.
Даже если, допустим, вам удастся найти этот предмет, разрушить его, дабы забрать Энергию, вам не под силу будет её собрать. Энергия превосходит по силе любую другую материю. Как бы вы не пытались её удержать, у вас ничего не получится. Она снова рассеется и передастся другому предмету.
Таким образом, возродиться в каком-то смысле невозможно. Но, тем не менее, передавшись другому предмету, Энергия не перестанет являться информационным носителем предыдущего. То есть, она по-прежнему будет хранить в себе сведения о том предмете. Разве нельзя это явление отчасти назвать реинкарнацией?
Итак, к чему это всё рассказываю. Во всех нас живёт то, что мы переняли от предыдущих поколений. Их история не сокрыта от нас, как бы её не пытались скрыть и кому бы это ни было выгодно. Можно уничтожить носитель — знания уничтожить нельзя. А потому, даже если уничтожить книгу, история её бесконечна.
«Как прячут от нас историю и кому это выгодно»
Подпись — Дымка
В доме Эльтаира. Кайа, Дымка, Дора, Лисий Хвост, Эльтаир и, конечно же, его дедушка, не забываем про него.
