— Что же касается людей с запада, — продолжила Мафр, — ходят слухи, что их лидер Гарешу весьма и весьма достойная личность, но такой же самонадеянный и взбалмошный индивид, как и все его сородичи. Не успели еще даже основаться здесь как следует, как тут же снова начали свою бесконечную эпопею с завоеваниями, за что получили хорошего пинка сначала от горцев, а после и от махумов. И поделом, — Мафр не смогла сдержать злобного смешка, и, к ее удивлению, отец усмехнулся ей в ответ, но уже по-доброму, словно бы все попытки людей развязать очередную войну были не более чем невинной шуткой пятилетнего мальчишки.
— Мафр, — вернув себе суровый вид, Гран Каин пристально посмотрел ей в глаза. — Пора поговорить серьезно. Ты же сама понимаешь, что все, о чем мы тут беседуем —
гномы, люди — ничто не имеет особого смысла.
Словно бы подхватив его настроение, Богиня Земли нахмурилась, взгляд ее в задумчивости застыл на вращающейся лопасти воздуховода за спиной отца.
— Год назад в подземных руинах заметили демонов, — прошептала Мафр минуту погодя, но тут же вновь пронзила отца своим полным решительности взглядом, — но никто не считает это поводом для паники. Наши механические стражи достаточно совершенны, чтобы справиться хоть с сотней этих тварей.
— Мафр, — он попытался ее перебить, но она продолжала убеждать его в том, что ситуация находится под контролем.
— Мы укрепляем береговую линию, и очень скоро наших оборонных сооружений будет достаточно, чтобы…
— Мафр! — Гран Каину пришлось встряхнуть ее за плечи, чтобы она наконец-то выслушала до конца все, что он намеревался ей сказать. — Широкое Море, возможно, какое-то время сможет сдерживать армию нежити и демонов, что толпой следуют за Лилит и заполонили уже треть восточного материка, но неужели ты считаешь, что оно станет преградой для драконов?
При упоминании гигантских крылатых ящеров Мафр побледнела.
А Гран Каин продолжал:
— Да у вас самих под боком спит одно из самых свирепых порождений Шилен. Линдвиор[1] задышал тяжело — ты не могла этого не услышать.
Мафр мотнула головой, будто действительно не желала слышать его слова.
— Пусть Эва затопит восточный континент вместе со всей разрастающейся армией Шилен. А с парой драконов наша механическая армия как-нибудь да справится, — она пыталась звучать уверенно, но он чувствовал ее волнение и все нарастающее отчаяние.
— Карна Мафра! — он обратился к ней уже не как к дочери, а как к древней и мудрой правительнице всей земли. — Когда Шилен воскреснет, все это уже ничего не будет значить. Она проберется в каждый уголок нашего мира и пойдет дальше, во все остальные миры и измерения. Среди них много и твоих… миров… — неуверенно закончил он, наблюдая за изменяющимся выражением на лице дочери.
Слезы выступили у нее на глазах.
— Я столько сил приложила, чтобы создать что-то похожее на то, о чем мы мечтали: я и Павел, — тихо пробормотала она наконец. — Но сотни лет трудов лишь доказали мне, что все это уже не имеет никакого смысла.
Она прошлась от одного конца комнаты до другого и, бросив на отца полный досады и ярости взгляд, вскричала:
— Без него ничего уже не имеет смысла! Вообще! Ни-че-го!
Она в гневе смахнула с верстака многочисленные склянки и пузырьки, и разноцветная жидкость, шипя и взрываясь, брызнула во все стороны из разлетевшихся вдребезги стеклянных сосудов.
Гран Каин спокойно смотрел на нее, стоящую у дальней стены, закрывшую лицо ладонями, и размышлял о том, что его средней дочери удалось погрузиться в созданный им мир плотных материй и чувств даже сильнее, чем ему самому. Он неторопливо пересек наполненную диковинными вещицами просторную комнату. Битое стекло мелодично хрустнуло под твердыми подошвами его высоких черных сапог.
— Я не мастер утешать, — он осторожно положил руку ей на плечо. — Мне, правда, жаль, — прошептал он, и когда она подняла на него свои заплаканные глаза, попытался выдавить из себя еще несколько теплых слов: — Павел был непохож на остальных гигантов, — промолвил Темный Господин. — Он был идеалистом, мечтателем, а этот мир создавался мной, далеким от романтики существом, и твоей прагматичной матерью.
— Павел был самым прекрасным существом, которого когда-либо знал этот мир, — с этими словами Мафр вознесла полный горечи взгляд к далеким звездам, что рассыпались по стеклянному куполу ее мастерской волшебной искрящейся вуалью. Ее редко можно было видеть в подобном состоянии, и Гран Каин слегка насторожился. — Мы исследовали космос и минералы, — мечтательно продолжила она, — учились изменять материю и придавать привычным вещам удивительные свойства. Мы создали механических людей, собирались заселить ими целый город… — она перевела взгляд на отца и с горечью выдавила из себя: — Эйнхасад не имела права на нас гневаться. Мы не претендовали на роль творцов, не просили у нее поделиться с нами духом, не посягали на Воду Жизни — мы просто делали то, что было нам интересно. Но она в один миг «умертвила» все наши создания.
