– Хорошо, мы скоро.
– Можем порыскать кругом, – сказал Петров. – В здешних стенах есть крупные отверстия, даже «голем» пролезет.
– Пока Всеволод со Свиссом не договорится с местным начальством, остаёмся на месте. Всё может измениться.
– Судя по всему, «глушак» фрегата подействовал на тутошнюю автоматику.
– Всё может измениться, – повторил Руслан. – Возвращаемся.
– Давайте хотя бы запустим пару дронов, пусть покрутятся по крупным червоточинам, поищут зал, где сидит местное начальство, или кто там его заменяет.
– Ещё один «мозг», – добавил Рабиндранат.
Руслан выругался про себя, стиснув зубы: принять решение о запуске беспилотников должен был он. Откуда в голове потянуло «дымком» заторможенности?
– Ничего не чуете?
Бойцы, сидевшие в креслах катера, помолчали.
– Смотрит кто-то… – неуверенно проговорил Рабиндранат.
– Такое впечатление, что «кокос» сидит неудобно, – признался Судаков.
– Да, есть что-то, – хмыкнул Петров. – Мурашки по спине.
– Летун, – связался с компьютером «голема» Руслан, – режим экстренного контроля! Данные по фону!
– Радиация и эм-поля в пределах допустимого, – доложил кванк-пилот через несколько секунд. – Гравитационный фон – десять в минус четвёртой земного. Опасности нет.
– Чёрт! – сказал Петров. – А кажется, что нас на рентгене просматривают.
– Какое-то ментальное поле.
– Не «сколопендры» нас пытаются загипнотизировать?
– Или «мозг».
– Дроны! – скомандовал Руслан.
Катер выстрелил двумя небольшими беспилотниками класса «глаз стрекозы», предназначенными для наблюдения и замера параметров среды.
В поле зрения Руслана раскрылись дополнительные окошки связи с беспилотниками: он мог видеть то, что видели видеокамеры аппаратов.
Дроны покружились по эллипсоидному залу, нашли подходящие по размерам червоточины и скрылись в них, отпугнув выглядывающих оттуда «червячков».
– Возвращаемся.
«Голем» повернул к корме «когтя».
В шарообразной «голове» Свисса ничего не изменилось.
Шапиро, наполовину погружённый в яйцо интерфейса, не шевелился.
Марианна, устроившись на дырчатом полу помещения, возилась с пузырчатым интерфейсом Руслана. Заметив влетевшего в сферу командира, она подскочила как ужаленная, стукнувшись головой о выступ на потолке.
– Ой! Ты меня напугал!
– Что это ты делаешь?
– Не ругайся, хотела присоединиться к Севе.
– А о том, как отреагирует Свисс на смену контактёра, подумала?
– Прости, – смутилась девушка. – Он же разговаривает с нами?
– Он изделие негуман, и я до сих пор не понимаю, как нам удалось договориться с ним.
– Если честно, я тоже, – призналась Марианна. – Сто с лишним лет мы изучаем ксенологику, встретили несколько негуманоидных цивилизаций, но по-прежнему далеки от понимания жизни ксенотов. Чуть ли не полное отрицание того, что мы считаем позитивом, если вспомнить реакцию ядран на наши попытки контакта. И при этом они создали мощнейший пул жителей ядра, технологически превышающий потенциал человечества.
– Ну, достичь высокого технологического уровня может и искусственный интеллект, а вот высокого духовного – не каждый вид разума. Люди ведь тоже далеко не все высокодуховны, упырей и психически неполноценных среди нас предостаточно. А среди негуман, наоборот, есть существа с человеческим менталитетом.
– МККЗ?
– В том числе и представители МККЗ. Помоги.
Руслан влез в кокон интерфейса.
Снова произошла метаморфоза расширения поля восприятия и внимания. Стали слышны невнятные голоса – Шапиро переговаривался с «мозгом» «когтя», – а также множество других звуков: свистов, звоночков, шорохов, шепотков и вибраций. Это к полю сознания человека подключился внутренний мир негуманского компьютера, работающего на иных принципах, нежели созданные людьми, но способного копить и обрабатывать поступающую информацию не хуже.
«Всеволод?»
«Шеф, не отвлекайте», – отозвался Шапиро.
«Я полчаса отсутствовал, есть новости?»
«Кажется, я нащупал канал связи с местным парнем, но он ещё не вполне очнулся после «глушака».
«Кто управляет станцией? Комп или кто-то, обладающий правом принимать решения?»
«Похоже, такой же «мозг», как Свисс».
«То есть живых разумников на станции нет?»
«Я почти уверен, что так. Хотя, с другой стороны, предки этих «мозгов» были когда-то живорождёнными существами».
«Ты же говорил, что хозяева «когтя» – лягушки».
«Они и были лягушками, так как поверхность их планет, тех самых коричневых карликов, с температурой воздуха от плюс двадцати до плюс шестидесяти градусов, представляет собой сплошное болото. Жили себе в болотах и квакали, пока у них не начался научно-технический прогресс. Появились компьютеры, лягушки начали усовершенствовать себя, в точности как люди, и превратились в монстров. Хотите взглянуть?»
«Не отвлекайся».
«Не беспокойтесь, шеф, я контролирую внешние связи».
Картина перед глазами Руслана – внутренняя поверхность эллипсоида, внутри которого висел «коготь», – изменилась, превратилась в слой тумана. Через несколько мгновений туман посветлел, и в его глубине проступила чудовищная многогорбая глыба с чешуйчатой чёрно-зелёной кожей, обладавшая зачатками лап и длинным хвостом.
