Сначала Руслан не увидел глаз у этого чудовища, потом понял, что отблёскивающие стеклом «бородавки» вдоль верхней половины туловища монстра и есть глаза.
«Головастик…»
«Похож», – со смехом согласился Шапиро.
«Что-то усовершенствование не сильно повлияло на эстетику фигур лягушек».
«Так ведь всё зависит от условий существования. Для лягушек с их болотами, наверное, новый облик действительно кажется совершенством».
«Свисс в порядке?»
«Не жаловался».
«Я подключусь к вам и беру управление на себя».
«Вообще это нежелательно».
«Почему?»
«Мы с ним нашли общий язык, он начнёт отвлекаться…»
«Ничего, привыкнет, помогай мне общаться с ним, если он заартачится».
«Как скажете, шеф».
Руслан сосредоточился на «просачивании» в «голову» Свисса.
На собственную голову обрушился сонм видений, разобраться в которых было непросто, все они были порождены «микротоковыми наводками в коре головного мозга», как утверждал Шапиро, но Руслан уже не первый раз сталкивался с виртуальной реальностью чужеродных фантазий и представлений и смог выплыть «на берег» сознания Свисса.
«Слушать меня! Теперь я главный!»
«ПОНЯТЬ… ИСПОЛНЯТЬ», – ответил «мозг» «когтя», распушив хвост ментальных построений. «Хвост» был длинным как песня, но смысл его сводился всего к двум словам: «понять» и «исполнять».
«Обзор «ореха»!»
Удар недоумения был сродни электрическому разряду, в голове зашумело, и Руслан вынужден был повторить приказ, сопровождая мысленную фразу изображением станции.
Свисс понял.
В поле зрения Руслана начали разворачиваться отсеки «ореха», заполненные различными комбинациями геометрических фигур. Их было невероятное количество, и все вместе они порождали впечатление многокамерного желудка невероятного чудовища, объединённого кишкообразными коридорами. Впрочем, таким внутреннее строение «ореха» воспринимало воображение Руслана, обрабатывающее полученную извне видеоинформацию. Каким видел «орех» изнутри Шапиро, было неизвестно.
«Дай изображение центра управления!»
«Желудок с кишками» расплылись сизым дымком, перед мысленным взором Руслана распахнулась пропасть, в глубине которой просиял колючий шар наподобие центрального отсека «когтя» с «мозгом» внутри.
«Я же говорил, – послышался свистящий голос Шапиро, – сооружения этих потомков лягушек управляются каждый одним умом. В «когте» сидит Свисс, здесь – его собрат. Кстати, у него интересное имя – Шизз».
«Что за шутки?»
«Ну, имя длиннее, но он отзывается на Шизз. Присоединяйтесь, шеф, раз уж вы сунулись сюда, вдвоём мы его быстро обработаем».
«Каким образом?»
«Через Свисса, разумеется».
Руслан поёжился, чувствуя бегущие по коже головы электрические струйки.
«Свисс, дай мне связь с твоим земляком!»
Удар по голове.
«Дьявол! Дай мне связь с «мозгом» станции! Его зовут Шизз!»
Пропасть ринулась навстречу, и Руслан автоматически напрягся, словно при падении с отвесной стены. Однако невесомости не было, и он стрелой вонзился в колючий, обросший чешуями и лианами шар центра управления «орехом», внутри которого обитал его хозяин.
Сфера сознания Шизза показалось ему долгим взрывом или фейерверком непонятных ощущений и видеофантомов, в котором Руслан буквально захлебнулся, как ныряльщик в воде. Заметив краем сознания какую-то лиану, Руслан судорожно уцепился за неё и перестал дышать.
К счастью, «лиана» оказалась мыслью Шапиро, реализованной до физического восприятия.
«Держитесь, шеф! Попытайтесь отстроиться от посторонних потоков информации, найдите главный контур сознания Шизза».
«Я… ничего… не вижу…»
«Держитесь за фал, идите вдоль него».
Руслан вцепился в «лиану» сильнее и стал перебирать руками, как скалолаз, спускающийся с горы по верёвке.
«Фейерверк» потускнел, теряя объёмность и яркость. Его струи перестали колоть глаза. Впереди выросло зыбкое кольцо с чёрным зрачком, и Руслан торпедой нырнул в этот зрачок, как в глубокий омут.
Мыслеголос Шапиро стал звучным и бархатистым, резонируя в костях черепа Руслана, как внутри колокола:
«Прорвались, шеф! Ну и силища же у вас! Говорите с ним, он слышит нас».
Руслан успокоил дыхание, удерживая плывущее из стороны в сторону сознание.
«Шизз…»
Ответ был подобен гулкому взрыву:
«УБИРАЙТЕСЬ! Я ВАС НЕ ПРИГЛАШАЛ!»
Грымов в сопровождении Плетнёва и двух спецназовцев прибыл на Суперструнник спустя полчаса после звонка Веласкеса.
Там уже вовсю развёртывались силы Интерполиции и Федеральной Службы безопасности, поэтому доступ к месту происшествия был ограничен. Ивану пришлось предъявлять свой генеральский карт-бланш «красный-золотой». В каюту, где нашли тело мёртвого шведского учёного, его пропустили одного.
Побыв там всего пару минут, Грымов выбрался в коридор, охраняемый рослыми гвардейцами Интерполиции и двумя «терминаторами», и столкнулся с директором Федеральной контрразведки.
Они пожали друг другу руки, отошли в сторонку, пропуская медиков с антиграв-носилками, на которых под простынёй лежал Ольбрехт.
– Что скажете? – проговорил Санчес, смуглое лицо которого выражало усталость и озабоченность.
– Его убили, – пожал плечами Грымов.
