Он повернулся и вопросительно на меня взглянул. На этом мои вопросы закончились. Я поблагодарила и ушла из кабинета. Внизу Эдвард нетерпеливо ходил по гостиной. Он надел наушники. Музыка очень громко доносилась из плеера. Когда он меня увидел, он с облегчением снял наушники.
- Милая, почему так долго. Что тебя беспокоит? В чем я провинился, почему ты не доверяешь мне?
Я поспешила к нему. Обняла и поцеловала, и прошептала:
- Любимый, ты не провинился ни в чем, это я не захотела расстраивать тебя раньше времени. Пойдем домой, я тебе наш разговор покажу.
Мы пошли в наш домик. Конечно, я покажу ему не всё, а только последние три вопроса. Зайдя в спальню, я вместе с одеждой скинула с себя и свой щит. Показывая свой разговор с Карлайлом, я произнесла извиняющимся тоном:
- Эдвард, не обижайся на меня. Я не хотела, чтобы ты беспокоился из-за меня. Решила, что вначале посоветуюсь с Карлайлом.
Я обняла мужа и стала его целовать. Он все еще обижался на меня за то, что я скрыла от него свои тревоги. Это было видно по его лицу, по тому, что он никак не хотел расслабиться. Вся ночь ушла на его утешение. Я, вспомнив все, что знала о соблазнении, решила применить свои теоретические знания на практике. Эдвард с неохотой включился в любовную игру, но вскоре взял инициативу в свои руки. От его ласк мое тело горело огнем желания. Пожар любви не утихал. Перед рассветом Эдвард, взяв мое лицо в свои ладони и заглянув в глаза, попросил:
- Белла, никогда, слышишь, никогда больше так не делай. Мы одно целое, мы семья. Я очень волнуюсь за тебя. Твои беды - это мои беды, твоя боль - это моя боль. Не заставляй меня придумывать то, чего нет, и не было. Я хочу, чтобы ты доверяла мне, делилась всем со мной, и радостью, и болью. Мы вместе сможем преодолеть всё. Понимаешь, вместе!
Я выслушала его и прижалась к нему всем телом, пообещав, что исправлюсь. Я попросила прощения за мои страхи, за мою боль, которые не разделила с ним. Он простил, и мы помирились.
Джейкоб редко появлялся в доме Калленов. Он был занят улаживанием дел в стае. Лея уехала в Олимпию. Она звонила Сью раз в месяц. Устроилась на работу и не собиралась возвращаться. Без Джейкоба произошли новые запечатления, парни ждали его разрешения рассказать все своим избранницам. Сэм и Эмили, Пол и Рэчел, Эмбри и Ким готовились к свадьбе. Обычно у индейцев от помолвки до свадьбы проходит год. Есть такая пословица у них: "Первый год женитьбы молодожёны смотрели друг на друга и думали, могут ли они быть счастливы, если нет, то они прощались и искали себе новых супругов, если бы они были вынуждены жить вместе в несогласии, мы были бы так же глупы, как белый человек". Дел у вождя было много. Сэм, конечно, тоже решал вопросы стаи. Но, стаи-то, было две!
Для всех было потрясением новость о Сью. Билли, когда узнал то, несмотря на парализованные ноги, встал и сказал:
- А я говорил, что из Сью получился бы волк, не то, что из Леи, так волчонок!
Совет старейшин беспрекословно принял Сью в свои ряды. Ведь она была даже старше, чем старый Квил Атеара. И она видела предков волков стаи квилетов.
Мой щит.
Рождественские каникулы закончились. Мы вернулись в Фэрбенкс к своим обязанностям студентов. Занимались, работали, веселились и отчаянно наслаждались временем, когда мы все вчетвером вместе.
В середине января нам позвонил Карлайл и сообщил, что они с Эсме отправились на полгода на остров. Телефон у них с собой, но звонить только в крайнем случае. Понятно, что им тоже хочется побыть вдвоем. Они ведь тоже любят друг друга.
В конце февраля Эммет своим баском предупредил нас, что они с Розали уедут в начале марта в Южную Америку. Пошутив напоследок, что Розали уже пританцовывает от нетерпения, он попрощался. Мы с Эдвардом представили, как наша чопорная Розали пританцовывает, мы рассмеялись в один голос. На смех прибежала Ренесми и, узнав, в чем причина смеха, загрустила. Мы сразу перестали смеяться. Эдвард, присев на корточки и заглянув в личико дочки, спросил:
- Несси, в чем причина твоей грусти?
Ренесми показала, как было здорово, когда мы все вместе в доме Калленов. А потом, показала, каждую пару, уходящую от дома в разных направлениях. Отец попытался успокоить дочку:
- Милая моя девочка, мы всегда возвращаемся туда, где нас любят. Поэтому не надо, не грусти. Мы все еще соберемся вместе. И нам будет хорошо. Ведь тут в Фэрбенксе, мы тоже уходим, а ты остаёшься. Но, всегда возвращаемся! Нас ждёшь ты, наше сокровище!
Эдвард поцеловал Несси в носик и в глазки. Она повеселела. Затем убежала к себе в комнату.
Пару раз за весну звонила Элис и напоминала о занятиях со щитом.
