Площадь погрузилась в молчание. Но оно не длилось долго. В какой-то миг толпа разом взорвалась. Они желали смерти предателю. Они желали победы над Королевством. И только сёгун мог дать им все это. Мановением руки он навел порядок и тишину на площади. Окинув всех собравшихся взглядом, он продолжил свою речь.
- Я вас понимаю. И сам так думаю. Как он мог предать мое доверие? Как он мог подумать о сдаче важной крепости нашему врагу? Он не смог ответить на этот вопрос. Он все отрицал. И только благодаря любви его подчиненных к стране удалось предотвратить самое ужасное. И теперь он предстанет перед вами. На ваш суд. Да будет он справедливым.
На этой ноте речь сёгуна закончилась. А по лестнице стали подниматься самураи. Двое встали по бокам лестницы, двое других – возле сёгуна. Четверо – недалеко от края эшафота. И только после этого на платформу вывели, в сопровождении четырех самураев, преступника.
Преступник был одет в самурайскую броню, но верх у него был настолько растрепан, что от брони там остался только кусок нагрудной пластины. Он был закован в цепи, а в руках нес ядро. Его довели почки к краю эшафота, где поставили на колени. Отцепили ядро и приковали к платформе. Сопровождавшие преступника самураи ушли сразу после этого. И сёгун продолжил говорить.
- Вот он, предатель.
Толпа сразу начала повторять за сёгуном. Им было уже плевать на то, что будет с этим человеком. Они хотели послушать сёгуна и увидеть казнь.
На платформу вышел оммедзи. Он остановился позади сёгуна. Тот заметил появление нового человека и они кивнули друг другу. В этот момент у Ааиры по спине пробежали мурашки.
- Начнем, - сказал сёгун и обратился к ждущему своей участи. – Будут последние слова.
Площадь опять погрузилась в тишину. Последнее слово было завершающим актом представления. Люди хотели знать, что творится в голове у человека перед смертью. Даже если он будет их проклинать.
- Я не предатель, - сказал человек. Его взгляд был очень уставшим. Он устал говорить всем, что он не делал ничего плохого. Но никто ему не верил. – Я не пытался сдать крепость. Я защищал ее в течении семи лет своей службы. И вот моя награда. Стою закованным в цепи на коленях на потеху простому народу. Чего ты добиваешься, сёгун? Явно не усиления страны. Я ухожу раньше вас. Но, помяните мое слово, вы пожалеете о сегодняшнем дне. Это все, что я хотел сказать.
- Значит, скажу я, - продолжил сёгун. – Искупления ты не получишь.
Буря эмоций пронеслась на лице приговоренного. От страха и разочарования, до грусти. Все эмоции явственно были негативными.
«Поэтому здесь стоит оммедзи. Чтобы упокоить душу» догадался Акира. Но он не понимал, почему было отказано в искуплении. Ведь предательство не было совершено.
К осужденному подошел самурай с одати. Он был в маске и лица не было видно, но человек, стоявший на коленях, смиренно склонился, подставляя шею. Самурай постоял с секунду, а потом взял оружие поудобней. Приложил лезвие к шее склонившегося. Лицо у него слегка дернулось от холодного железа. Самурай занес меч и в один момент человек лишился головы.
Толпа ахнула. А другой самурай подошел и поднял голову убитого над головой. Толпа стала этому радоваться. И только Акира продолжал смотреть на тело убиенного.
Вокруг тела убитого стали собираться светлячки. Постепенно они стали обретать форму казненного человека. А когда форма была обретена, то она стала возноситься ввысь, теряя очертания этого человека становясь вновь белой и незапятнанной. «Душа» понял Акира. Душа убитого возносилась. Ее ждала новая жизнь. Парень лишь надеялся, что новая жизнь будет лучше этой.
Только парень об этом подумал, как рядом с душой появилась огромная костяная рука. Она начала рвать душу на кусочки. Душа же начала корчиться от боли и кричать и крик ее был душераздирающим. Акира почувствовал страх. Не тот обычный, что сопровождал его всю жизнь в каждом бою. Тот страх позволял выживать. Этот страх вызывал желание убежать. Но тело отказывалось слушаться. Парень не мог даже глаза закрыть.
Душа оказалась разорвана на мелкие кусочки. Костяная рука сгребла эти осколки в охапку и потащила в сторону того, кого Акира не мог даже заподозрить, к сёгуну. Рука с осколками исчезла, а сёгун облизал губы. И потом пристально посмотрел в глаза парню. Его пробрал озноб. Парень почувствовал, что оказался в ледяной воде. А сёгун лишь улыбнулся. И только когда он отвернулся, то Акира почувствовал облегчение. Ноги у него чуть не подкосились. И только давление толпы позволило ему остаться в вертикальном положении. По счастью, только это и случилось.
Через некоторое время толпа стала расходиться. И Акира получил свободу. Он сразу побежал в сторону штаб-квартиры оммедзи. Он должен был поведать о случившемся.
Здание нашел он быстро. Влетев туда, на него посмотрели все собравшиеся оммедзи. Они поняли, что он свой и продолжили заниматься своими делами.
- Скажите, кто здесь главный, - спросил Акира у первого попавшегося оммедзи.
- По какому вопросу ты к нему?
- У меня есть информация о демоне в столице.
