– Почему Роланд не знает об этом? – Он бы рассказал ей, если бы знал.
Крис закатил глаза.
– Роланд всех нас сторонится, как чумы, а на сайте бессмертных стражей это не выкладывалось. В курсе не так уж много людей.
Это объясняло, почему Маркус ничего не сказал им, когда понял, что Роланд запал на нее.
– У этой женщины был какой-то особый дар?
Крис кивнул.
– Незначительные экстрасенсорные способности. Она знает, что кто-то собирается позвонить еще до телефонного звонка или что ей должна прийти посылка до того, как явится почтальон. Что-то в этом роде. Недостаточно, чтобы угадывать номера лотереи, но достаточно, чтобы заметить самой.
Здравствуй, суровая действительность.
Сара вздохнула:
– У меня не карие глаза и нет способностей.
Взгляд Криса стал сочувствующим.
– Ореховый – почти карий. И возможно, что ты просто обладательница скромного дара, который пока не заметила.
Такая милая попытка утешения.
– Спасибо, Крис, но… – Она запнулась, устремив взор мимо него в угол, так как Ницше внезапно вскочил на все четыре лапы и уставился в коридор.
Сара проследила его взгляд, но ничего не увидела. Коридор был пуст, дверные проемы, ведшие в библиотеку, спальни и подвал, открыты и пусты.
– Что такое? – спросил Крис, садясь прямо.
– Думаю, ничего.
Ницше припал на лапы – живот практически касается диванной подушки, уши отведены назад – и зашипел.
Ледяная дрожь страха прокатилась по позвоночнику Сары.
Какого черта?
Размытое пятно внезапно появилось из коридора и метнулось к дивану. Кровь брызнула из носа и рта Криса, когда его голова резко откинулась назад. Затем он без сознания повалился на бок на подушки.
Нависавшее над ним пятно замерло, приняло очертания человека и повернулось к ней лицом.
Вот дерьмо. Бастиен.
Он перекинул ее через плечо – ее больно ударило в живот, – а она даже движения не заметила!
Комнату размыло. Желудок взбунтовался. Сара изо всех старалась определиться со своим местоположением, когда свет внезапно потускнел, и ее обжег холодный воздух.
Они спустились в один из туннелей? Откуда ему о них известно?
Сердце колотилось, руки тряслись. Сара залезла под рубашку, вытащила глок, который Бастиен, должно быть, не заметил в спешке, и, прицелившись в темные пятна – предположительно, его ноги, – пальнула дважды.
Туннель неожиданно обрел четкость, когда похититель резко остановился, кровь струей хлестала из обеих его подколенных ямок. Бастиен споткнулся и повалился.
Сара полетела вниз вместе с ним. Первой земли коснулась спина, и от удара бедняжка потеряла способность дышать. Голова отскочила от утрамбованной почвы, Сара перекатилась несколько метров и остановилась. Вокруг нее поднялась пыль, душа ее и заставляя кашлять. Она застонала, когда голова начала пульсировать от боли.
Перевернувшись на бок, Сара сражалась за каждый вздох и игнорировала яркие искры, плясавшие перед глазами. Она медленно встала на ноги и огляделась.
Туннель, в котором они находились, как и все остальные, освещался тусклыми лампочками низкой мощности, активировавшимися датчиками движения. Выход разглядеть она не могла, значит, это один из самых длинных туннелей.
Бастиен вырос между ней и входом, одной рукой зажимая правое бедро сзади.
Сара отчаянно оглядывалась в поисках глока, который выронила от удара. Заметив его в паре шагов справа от себя, нырнула вниз.
Ублюдок схватил оружие прежде, чем она преодолела хотя бы полпути. Когда Сара отскочила назад, он обернулся и отшвырнул пистолет ко входу. Глаза его, когда он повернулся к ней лицом, сверкали янтарем от гнева.
– Очевидно, твои бессмертные друзья не удосужились рассказать, что стрельба не убивает вампиров. – Он растянул губы, обнажив острые клыки, рождая в ее душе страх. – Это нас только раздражает!
Сара завизжала, когда Бастиен бросился к ней, ожидая, что он разорвет ей горло из мести.
Его плечо врезалось ей в живот, и он поднял ее. Туннель размыло. Холодный ветер хлестал ее, а она снова висела вверх тормашками. Кровь прилила к голове, усиливая пульсацию.
Раны от пуль его даже не замедлили.
От страха пульс барабанил у Сары в ушах. Она не могла позволить Бастиену забрать себя. В таком случае он убьет ее или – что хуже – использует, чтобы убить Роланда.
Задыхаясь от паники, она потянулась к одному из все еще доступных в таком положении карманов и извлекла метательный нож. Крепко сжав деревянную рукоять, задержала дыхание, отвела руку, затем изо всех сил всадила лезвие.
Бастиен вскрикнул и встал как вкопанный.
Сара сорвалась и полетела вперед, недолго пробыв в воздухе и врезавшись в стену. Она услышала громкий треск, когда крепко приложилась о грунт или камень. Боль пронзила голову. Приземлившись на насыпь на полу, она закрыла глаза и стиснула зубы.
Ее одолело головокружение. Поднялась тошнота. Когда она открыла глаза, то не могла сфокусироваться. Подтянув под себя колени, уперлась дрожащей рукой в стену и попыталась подняться.
Бастиен казался неясным пятном в нескольких метрах от нее, хотя она думала, что он стоит на месте.
– Ты пырнула меня в задницу? – взревел он.
