Засекреченное будущее полностью

— Вы известны своими антилиберальными взглядами. Однако МХАТ им. Горького демонтируют патриоты. Почему они оказались радикальнее либералов?

— Знаете, «младореформаторы», десантированные в МХАТ, — «православные русские патриоты» с весьма скромным стажем. Еще недавно они были ярыми антипутинцами. Оба они, на мой взгляд, — бюджетные патриоты. «Обращение» того же Боякова, по-моему, носит чисто прагматический характер, на самом деле, он остался тем же «куратором» «Золотой маски» и цинично, прикрывая срам хоругвью, делает из МХАТа циклопическую «Практику» с ее неизбывной идеей разрушения традиционного русского театра. Возникает вопрос: если «партия и правительство», как выразилась госпожа Бравицкая на обсуждении в академии Глазунова, решили создать «русский православно-патриотический кластер», то почему они выбрали для этого не какой-нибудь провальный «электро-театр», а самый успешный, самый русский, самый патриотичный и самый православный театр Дорониной? Загадка века…

— Кто-то из выступающих сказал, что Татьяна Доронина на 30 лет «законсервировала» театр. Как соблюсти баланс между развитием и сохранением традиции?

— Не «законсервировала», а сохранила, и в этом огромная заслуга Дорониной. В любой культуре должны быть нормативные, канонические театры, сберегающие традицию, именно они тот «нулевой меридиан», от которого идет отсчет новизны. Без нормы театр лишается своей воспитательной функции. Если Гамлет с самого начала — транссексуал, зрителю, особенно молодому, наплевать на его «быть или не быть». Разрушить нормативный театр можно, а восстановить очень трудно. «Ах, в МХАТе теперь читают стихи!» В ЦДЛ тоже читают. И в ЦДРИ читают, и в ОГИ читают… И что? Ради чтения стихов в присутствии десятка сочувствующих графоманов разрушить нормативный академический театр? Это же идиотизм со взломом!

— Какой выход вы видите для доронинского театра и для русского реалистического театра?

— По поводу всего реалистического театра надо говорить отдельно. А в случае с МХАТ имени Горького выход единственный: Татьяна Доронина должна стать хотя бы полномочным президентом театра, возглавляющим авторитетный художественный совет. Да и помощники ей нужны другие, понимающие свое место. А Боякову с Прилепиным лучше дать на кормление «Гоголь-центр».

— Вы положительно оценили предложение ввести худсоветы в государственных театрах.

— Художественные советы — это наш традиционный культурный институт. Лично мне в моей довольно долгой творческой жизни художественные советы очень помогли. Кстати, в Доронинском МХАТе худсовет был и серьезно влиял на ситуацию. Теперь его нет, а когда я в разговоре с Волковым поинтересовался, когда же заработает худсовет, он в лице переменился и ответил: никогда, здесь единоначалие…

— Однако я разговаривала с некоторыми режиссерами, и ни один эту идею не поддержал. Как вы думаете, будет ли она реализована?

— Не поддержали, так как за последние десятилетия худруков приучили считать себя диктаторами, а они всего лишь лидеры творческих коллективов. Но для реального лидерства нужен талант. Если таланта маловато, начинаются диктаторские замашки. Чужого мнения боятся, когда в своем не уверены. У президента Путина, к слову, есть около десятка советов, в одном из них — совете по культуре — я заседал 14 лет. И Владимир Владимирович не стеснялся советоваться с нами, смертными…

— Как вы относитесь к идее цензуры?

— Слово «цензура» в нашей традиции имеет одиозное значение. Я бы говорил о механизмах принуждения деятелей культуры к ответственности перед обществом.

— Нужна ли альтернативная концепция закона «О культуре» или достаточно существующей?

— Безусловно, нужна. Вариант, подготовленный командой Владимира Толстого, требует серьезной доработки, да и текст написан как-то не по-русски, хотя Толстой, вроде бы, журфак заканчивал…

— Сегодня некоторые выступающие сетовали на то, что мало отечественных качественных пьес, кто-то отметил, что очень мало детских пьес. Может ли это положение улучшить Совет по современной драматургии при Минкульте, который вы предложили создать?