– Да. А ты кто, Сара? Какая у тебя фишка?
– У меня ее нету. Как у Джейкоба. Я никакая.
– Но не в плохом смысле.
– Ну да.
– Знаешь, не хочу разыгрывать из себя Клиффа Хакстебла[9], но мне не кажется, что ты никакая.
– Кто такой этот Клифф Хакстебл?
– Не важно.
Люди, входившие и выходившие из «Старбакса» на той стороне улицы, украдкой бросали на меня взгляды, хотя было не очень понятно, узнают они меня или нет. Возможно, это была всего лишь моя разыгравшаяся подозрительность.
– Я просто хочу сказать, ну… – Она замялась, подбирая слова. – Думаю, это круто, то, что вы пытаетесь сделать. Ну, доказать, что Джейкоб невиновен. Вы, наверное, очень хороший отец. Только Джейкоб совсем на вас не похож. Вы же это знаете?
– Не похож? Почему?
– Ну, по характеру, понимаете? Он замкнутый. И застенчивый. Не имею в виду, что он плохой парень. Ну, то есть он очень даже неплохой. Но у него почти совсем нет друзей, понимаете? У него своя маленькая компашка. Ну, Дерек и еще этот, как его, Джош. Вот он, кстати, совсем странный. Ну, вообще не от мира сего. Но у Джейкоба практически нет друзей среди, ну, его круга общения. Ну, то есть его это вполне устраивает. Нет, в этом нет ничего страшного, это совершенно нормально. Не хочу сказать ничего такого. Просто, понимаете, никто не знает, что творится у него в… ну, у него внутри. Не уверена, что он счастлив.
– Он кажется тебе несчастным?
– Немного. Ну, то есть мы все несчастные. В смысле, бываем иногда.
Я ничего не ответил.
– Вам надо поговорить с Дереком. С Дереком Ю. Он знает обо всем этом больше, чем я.
– Сара, в данный момент я говорю с тобой.
– Нет, пойдите поговорите с Дереком. Я не хочу влезать в это все, понимаете? Дерек с Джейкобом лучшие друзья с самого детства. Уверена, Дерек может рассказать вам больше, чем я. Ну, то есть он наверняка захочет помочь Джейкобу. Он же вроде как его лучший друг.
– А почему ты не хочешь помочь Джейкобу?
– Хочу. Просто ничего толком не знаю. Я ничего про все это не знаю. А Дерек знает.
Мне хотелось похлопать ее по руке или по плечу, но в наше время даже такой отеческий жест способен вызвать подозрения. Поэтому я вскинул мой картонный стаканчик в подобии салюта и сказал:
– Когда мы на моей старой работе заканчивали разговор со свидетелем, то всегда задавали один вопрос: есть ли что-нибудь такое, о чем, по твоему мнению, мне стоит знать, но о чем я не спросил? Что угодно.
– Нет. Мне ничего такого не приходит в голову.
– Уверена?
Она вскинула вверх мизинец:
– Честное скаутское.
– Ладно, Сара, спасибо тебе. Понимаю, что Джейкоб – личность сейчас не самая в городе популярная, так что, по-моему мнению, с твоей стороны было очень отважно со мной поговорить.
– Ничуть это не отважно. Если бы это было отважно, я бы не стала этого делать. Я вовсе не отважный человек. Просто мне нравится Джейк. Ну, то есть если абстрагироваться от дела и всего остального. Но Джейк мне нравился. В смысле, раньше, до всего этого. Он был хорошим парнем.
– Не «был». Есть. Он хороший парень.
– Ну да. Он хороший парень.
– Спасибо.
– Знаете что, мистер Барбер? Думаю, у вас был очень хороший отец. Потому что вы сами очень хороший отец, так что, наверное, у вас у самого был хороший отец, который вас этому научил. Это правда?
Господи, она что, не читала газет?
– Не совсем, – отозвался я.
– Не совсем, но близко?
– У меня не было отца.
– А отчим?
Я покачал головой.
– Мистер Барбер, у каждого человека есть отец. Кроме разве что Бога, ну или кого-то в этом духе.
– Не у меня, Сара.
– А-а-а. Ну, тогда, может, это и к лучшему. Вроде как полностью выводит отцов из уравнения.
– Возможно. Я, наверное, не лучшая кандидатура, которой стоит задавать этот вопрос.
