— Он ушел, — ответила я. — Они все ушли. Не могу поверить, что я не понимала этого раньше.
— Чего ты не понимала?
Я встала и с улыбкой повернулась к Лукасу.
— Разум улья состоит из мыслей ста миллионов людей, но это лишь малая и очень шумная часть чего-то более крупного, включающего умы всех животных, птиц и мельчайших живых существ. Назовем это универсальным разумом. Ниже глубочайшего из подсознательных уровней мозга мы все его части. Ты. Я. Наше подразделение. Все.
Лукас щелкнул пальцами.
— Иногда ты испытываешь ментальный зуд. Предупреждение, что кто-то в беде. Я никогда не понимал, как ты это делаешь. Он может быть частью этой подсознательной связи?
— Вероятно.
Сапфир говорила, что способ очистить свою сердцевину от чужеродного влияния заключается в том, чтобы держаться за себя так неистово и сильно, как только возможно. Метод, подходящий для одного телепата, необязательно сработает с другим, потому что внутренняя суть у всех своя, и моя способность проникать на подсознательные уровни мозга делает меня особенной. Обычно это тяжесть, связывающая меня с эмоциональными потребностями других, но в тишине, вдали от переполненного улья, здесь, где в универсальном разуме преобладают поддерживающие мысли людей из моего отряда, она стала моей величайшей силой.
Я рассмеялась, распахнула руки и закружилась на снегу. Лукас тоже засмеялся, достал инфовизор и постучал по нему. Теперь я танцевала под музыку.
Недоумение на лице Адики сменилось грустью. Я коснулась его разума и увидела образ: он с Пенелопой в танце кружит по залу. Они никогда не состояли в отношениях, но Адика надеялся, что все к тому идет. Переход Пенелопы на должность заместителя командира- тактика в подразделении Сапфир разделил их и положил конец надеждам. Оба решили, что карьера важнее личной жизни.
Адика отказался от Пенелопы и бальных танцев ради работы и долга перед ульем. Сейчас он наконец достиг цели, стал лидером ударников… и обнаружил, что его одолевают странные мысли. Переосмысление тех, прежних, решений вызывало что-то близкое к ностальгии, а не к сожалению. Я чувствовала и его увлечение Меган.
«Меган принадлежит к тому типу женщин, что меня привлекают: безупречная красота, изумительные ноги, но ее постоянные перемены решений сводили с ума. Я не знал, почему продолжаю с ней возиться, пока Базз не сказала те четыре слова: «Вы оба хотите детей». Все внезапно обрело смысл. Да, я хотел детей, семью, всего того, что…»
Адика не знал, чего хочет, пока Базз ему не сказала. И я не знала. Часто со стороны все выглядит яснее, но я разделяю весь сбивающий с толку водоворот чужих надежд и страхов, а Базз просто кратко заглядывает в основную побуждающую эмоцию.
Я протянула руку Адике и скопировала шаги партнерши из его мыслей. Он поколебался и присоединился ко мне в танце. Я недостаточно хорошо двигалась, но Адика подстраивался под мои неловкие шаги. Музыка достигла кульминации, и он без всяких усилий поднял меня над головой в последней драматичной поддержке. Лукас, Илай и Форж поразили меня тем, что разразились аплодисментами.
— Верхотура! — заявил Илай.
Адика смущенно кашлянул и опустил меня на землю. Я подбежала к Лукасу, и он крепко меня обнял.
— Здесь так красиво, — сказала я.
— Здесь исключительно красиво, — согласился Лукас. — Но ты дрожишь от холода. Мы должны вернуться в ангар, пока ты не замерзла.
— Мы можем еще раз придти сюда позже?
— Определенно, — подтвердил Лукас. — Ты можешь выходить во Внешний мир каждый день, пока мы здесь. А когда вернемся в главный улей, то составим расписание дальнейших регулярных прогулок во Внешку, чтобы гарантировать, что ты больше никогда не пострадаешь от проблем с фрагментацией.
Я неохотно позволила Лукасу отвести меня в ангар. Адика, Форж и Илай зашли за нами и заперли дверь, а затем поспешили присоединиться к остальным, выгружавшим контейнеры из самолетов.
— Я отправлю сообщение Золотому командиру Мелизенде, что у нас хорошие новости и ты справилась с эхом Меркурия, — сказал Лукас.
Я посмотрела, как он работает на инфовизоре.
— Ты можешь отправлять сообщения? Когда я попыталась проверить почту, мой инфовизор сказал что-то вроде «нет связи с ульем».
Лукас поднял глаза.
— Мы установили блокировку для пущей уверенности, что никто случайно не выдаст, чем мы тут на самом деле занимаемся. Ты должна авторизоваться, чтобы обойти блокировку, но это нужно делать под присмотром. Я могу помочь.
Я покачала головой.
— Не нужно. Я поговорила с родителями до отъезда и не должна никуда срочно звонить.
Лукас вновь посмотрел на свой инфовизор.
— Золотой командир Мелизенда счастлива слышать, что ты справилась с фрагментацией. Она надеется лично поздравить тебя по возвращении в улей.
Я нахмурилась.
— Возможно, тебе стоит намекнуть Золотому командиру Мелизенде, что мы с тобой пара.
— Я уже сделал это, и она желает нам всяческого счастья. Не думаю, что в словах о поздравлении есть двойной смысл. Во всяком случае, надеюсь, что его нет.
Я думала, Лукас преодолел прежнюю неуверенность в наших отношениях, но сейчас уловила ее отзвук в его голосе.
