Заглянув в один из ящиков, он замер, но затем его лицо озарилось каким-то неописуемым счастьем.
— Я нашел ром! — восторженно вскрикнул Кевин, подняв бутылку вверх. — Знаешь, поначалу я хотел свалить брат, но теперь понимаю, что не зря доверился тебе, — открыв бутылку он жадно принялся поглощать содержимое, а когда оторвался от горлышка бутылки, испустил продолжительную отрыжку. — Твое чутье действительно никогда тебя не подводит.
— Да пошел ты, придурок, — с ухмылкой ответил Саймон, протянув руку вперед. — Лучше дай мне этот чертов ром!
Они распили бутылку хорошего рома, попутно обсуждая свои прошлые совместные приключения.
— А помнишь ту красотку, из таверны в Блюфилде? — начал вспоминать уже захмелевший Кевин. — Я провел с ней невероятную ночь!
— Ну конечно… — громко рассмеялся Саймон, толкая друга в плечо. — Тогда ты напился как свинья и спал без задних ног! Она потом сказала мне, что перед тем как ты вырубился, пытался флиртовать с ней. Но у тебя так заговаривался язык, что ты не мог связать двух слов!
Они вместе громко засмеялись. После первой бутылки рома, плавно последовала вторая, а за ней и третья.
— Знаешь брат, хоть мы с тобой и не кровные… *ик*… братья, но ты знаешь… *ик*… — язык Кевина предательски заговаривался. — Более близкого человека для меня не существует, ни в одном из этих проклятых четырех… *ик*… миров.
— Знаю, знаю — по-доброму прошептал, еще более-менее трезвый Саймон, обняв его по-дружески за шею. — И это взаимно, вместе мы можем свернуть горы. Тебе пора поспать, дружище, завтра нам придется рано вставать.
— Хорошо, я вздремну немного. — укладываясь на твердую лежанку, пробурчал Кевин. — Спокойной ночи брат.
Пожелав ему спокойной ночи в ответ, Саймон улегся на соседнюю лежанку и задумался о своем прошлом. Перед сном его часто накрывали воспоминания, и этот поздний вечер не стал исключением.
На улице шел ледяной весенний дождь. Он стоял в темноте в рядах других новоприбывших в мир отверженных и смотрел на окружающих его людей. Недоумение, страх, нервозность, безнадежность… Эти и другие отрицательные эмоции переливались в лицах окружающих его незнакомцев. Он и сам был сильно напуган, если говорить честно. Семнадцатилетний парень был отправлен в мир, в котором правили самые закоренелые преступники, и это было, мягко говоря, не самым приятным событием в его жизни. Здесь не было законов и порядков, только полная анархия. Выживали тут только сильнейшие, которые не побоялись бы убить другого или быть полезным для этого бесполезного общества.
— Вставайте в кучу, отбросы! — Закричал огромный мускулистый лысый мужчина, руки и шея которого были покрыты сплошными татуировками. — Сегодня многие из вас пополнят ряды мертвых. Еще большее количество присутствующих будут попрошайками и нищими. Но кому-то из вас повезет! Самые сильные смогут попробовать доказать, что смогут пополнить наши ряды!
Вокруг него стояло много вооруженных головорезов, которые смеялись и, похоже, жаждали крови и зрелищ. Те, кто пытался убежать из рядов так называемого свежего мяса, тут же находили свою смерть. Когда желающих мгновенно умереть больше не осталось, бандиты начали загонять оставшихся запуганных людей в клетки и деревянные загоны. Кого-то забрали сразу, некоторых забирали позже.
Несколько дней Саймон пролежал в одном из таких грязных загонов, истощенный под нескончаемым проливным дождем. К нему приходило осознание того, что он уже не выберется живым из этого кромешного ада.
— Эй, ты, ублюдок! — подойдя и посмотрев сверху вниз на него, крикнул головорез. — Поднимай свою жалкую задницу! Если ты хочешь выжить, то тебе придется несладко. Так что, может, лучше сразу сдашься, парень?
— Пошел ты! — выдавил из себя Саймон, за что незамедлительно получил ногой по лицу.
— Я даю тебе последний шанс! Вставай или умри!
Найдя в себе последние силы, Саймон сумел медленно подняться на колени, а после и на ноги. Грязный и побитый, он гордым взглядом посмотрел в лицо своему обидчику, на что тот лишь ухмыльнулся, схватил его за шкирку и потащил из загона. Протащив его еще метров двадцать, он закинул его в деревянное помещение и сразу закрыл дверь на большой засов. Там уже находился толстый мужчина, у которого была сильная истерика.
— Прошу вас, прошу вас! У меня есть деньги! — не переставая, вопил он. — Я заплачу вам любые деньги, только дайте мне еды и отпустите меня.
В комнате стоял ужасный трупный смрад, а на земле вперемешку с грязью были видны человеческие останки. Крыши у помещения не было, и по периметру наверху, громко разговаривая и смеясь, стояли головорезы. Но как только к ним поднялся тот самый крупный мускулистый мужчина, которого он помнил по его выступлению в самом начале, все мигом замолчали. Похоже, что он был у них за главного, и головорезы обращались к нему по имени Дуэйн.
— Заткнись, жирная свинья! — устрашающе зарычал он. — Здесь ты уже никто, гребаный кусок дерьма. Сегодня ты либо сдохнешь, либо продлишь свою жизнь, но скажу тебе, забегая вперед, ты все равно сдохнешь.
