Близился полдень; Дафне сделалось невмоготу оставаться в четырех стенах. Она велела воспитанницам взять блокноты для эскизов и повела их заснеженными тропинками к ручью, который до сих пор не замерзал, хотя кое-где подернулся ледяной корочкой. Эта прогулка заметно прибавила ей бодрости. Джейн шла в паре с Марианной; очевидно, они помирились. Вместе с другими девочками они радовались, что вышли на свежий воздух. Первые пять минут все жаловались на ужасный холод, но очень скоро их увлекли живописные виды, которые так и просились на бумагу.
При первой же возможности Дафна отвела Джейн в сторону.
– Ты больше не сердишься на Марианну?
Джейн улыбнулась и покачала головой.
– Просто мне было неприятно, что она кокетничает с мистером Карстейрсом. Но мисс Брим говорит, что у него только ты на уме, а до Марианны ему и дела нет, так что теперь все встало на свои места, правда?
– Джейн… – у Дафны перехватило дыхание.
– Я буду держать язык на привязи, – пообещала Джейн с самым серьезным видом. – Все говорят, что нужно соблюдать осторожность: как бы мистер Карстейрс ненароком не услышал.
– Можешь рассказать кому угодно, Джейн, что я… что меня нисколько не интересует мистер Карстейрс. Он прекрасный собеседник, но не более того. Надеюсь, это понятно?
Джейн сникла. Она мрачно кивнула и побрела к подругам. Через минуту она уже стояла в окружении других девочек, которые как по команде повернули головы и укоризненно смотрели на Дафну.
Теперь, по всей видимости, сплетням будет положен конец. Дафна отвернулась. Убедить воспитанниц не составило труда, но уговорить собственное сердце оказалось совсем не просто.
Когда стало смеркаться, они вернулись в пансион, продрогшие, но веселые. Дафна, стараясь ничем не омрачить их приподнятого настроения, провела всех в гостиную, где уже было приготовлено печенье и горячее какао – любимое лакомство учениц. Дафна смотрела на счастливые девичьи лица и жалела только об одном – что рядом не было Адриана.
У нее сжалось сердце. Она была с ним не до конца откровенна. Теперь, как это ни прискорбно, он примется разыскивать дядюшку Персивела и, несомненно, вытянет из него все подробности его авантюрной жизни, а вместе с ними и позорные эпизоды ее прошлого. Вчера она сглупила, просто струсила. Время работало против нее: с каждой уходящей минутой будет все труднее открыть ему правду.
Где сейчас Адриан? Дафна надеялась, что он прилег отдохнуть. Прошлой ночью у него не было такой возможности. Во время утреннего богослужения он ничем не выдал своей усталости, хотя она заметила у него под глазами сеточку морщин. Сколько же можно обходиться без сна, подумала тогда Дафна. Но его энергия, казалось, била через край, а тревожные события словно придавали ему радостного волнения.
После ужина нервы у нее совсем сдали. Она так и не повидалась с Адрианом, не говоря уже о том, чтобы перемолвиться с ним парой слов. А теперь ей предстояло проследить за отходом воспитанниц ко сну, тогда как он нетерпеливо расхаживал по библиотеке перед тем как отправиться в обход. Дафна сгорала от желания быть рядом с ним, но понимала, что это невозможно.
В последний раз проверив, что все девочки утихомирились, Дафна спустилась по лестнице и замедлила шаги у двери, ведущей в библиотеку. Может быть, стоит рассказать ему все, как есть? Но для этого, наверно, не хватит времени. Скоро появится дядя Тадеус, а за ним и Элспет. Сама мысль о том, что ее рассказ будет прерван на самом важном месте, казалась Дафне невыносимой.
Наверху послышались торопливые шаги Элспет. Она спустилась в холл и присоединилась к Дафне. Вопрос решился сам собой. Испытывая облегчение, смешанное с сожалением, Дафна вошла в библиотеку следом за кузиной. Адриан стоял у застекленной двери в сад. Он выглядел совершенно невозмутимым; никто бы не догадался, что он вот-вот отправится навстречу опасности.
Дафна заметила в его глазах такое участие, что ей сделалось нестерпимо стыдно за свое двуличие. Она отвела взгляд. Ей необходимо было чем-то занять себя… Она поспешно направилась к жарко пылавшему камину и зачем-то подложила в огонь еще одно полено.
– Софрония и Беатриса пошли на боковую, – сообщила Элспет. – Мне, право, неловко, что я от них утаила наши планы, но они бы только разволновались. – Она вздохнула. – Я, пожалуй, почитаю. А вы вдвоем, может быть, сыграете в пикет?
Адриан был бы достойным соперником в игре, но как могла Дафна могла сидеть напротив него и не подавать виду, что ее гложут мучительные мысли? Не могла же она открыться ему в присутствии Элспет. А он был не из тех мужчин, от которых можно долго скрывать истину. Он захочет услышать все подробности и тогда сам поймет, что между ними не может быть ничего, кроме дружеских отношений. Разве об этом она мечтала?
