После первого поцелуя они резко отлучились друг от друга. Смотря друг другу в глаза, они были в шоке от такой ситуации, но ночь и луна делали своё дело, они отбросили мысли неправильности из головы Феба и Селении, и пустив свежий ночной ветерок в дом, вонзили в их сердца неудержимое желание. Селения снова поднесла свою руку к лицу Феба и он, взяв ее шею, приблизил к себе. Они снова поцеловались, но теперь ещё крепче, при этом выдохнув так сильно, будто успокоившись от неловкости. Селения взяла лицо Феба в обе руки и села прямо на него. Феб обнял ее за талию. Они снова оторвались друг от друга и посмотрев, улыбнулись. Без слов, они поняли желанные мысли и соединились в еще один поцелуй переходящий в следующий и следующий. Страсть и желание возгорелись в них, и они уже не обращали внимание, что они на кухне, рядом с залом, где лежат три мертвых человека и отец Селении, который мог в любой момент проснуться. Феб повалил Селению на спину, и только он хотел было снять с неё одежду, дочь Геворга остановила его.
– Тут нельзя, пойдём лучше ко мне. – прошептала она на ухо Фебу и начал расцеловывать его шею.
Феб взял ее на руки и унёс в комнату. Опустив медленно на кровать, они быстро сорвали с друг друга одежду и утонули в желании любви. Никто кроме ночи, со всеми своими друзьями, не знал, что сейчас происходит. В доме никто не реагировал на эти звуки, словно все уснули мертвым сном. Селения никогда не испытывала такого, как этой ночью. У неё был только один раз с каким-то глупым парнем, который обманул молодую девушку своей милостью и любовью. Она держалась за Феба, целовала все его тело, до которого могла дотянуться. Особенно она обожала его губы, которые целовала с неистовой жадностью. Ночь все сильнее давила на них, вызывая в них бурю страсти. Наконец, когда они закончили, Селения в последний раз крепко поцеловала Феба и притянув его к себе, уснула в его объятиях. Долго и упорно Феб пытался уснуть в объятиях Селении, представляя, как они могли бы счастливо жить вместе, переживая такую ночь раз за разом, но резкое чувство отвращения к таким мыслям заставило его уйти из постели Селении. Накрыв ее одеялом, он бесшумно исчез.
С первыми лучами солнца в дом Париса вернулся Феб. На уличной лестнице сидела Алкис и с удивлением посмотрела на него.
– Ну и где ты был? – спросила она его.
– Решил прогуляться по городу, погода была прекрасной. – ответил ей, подходя и улыбаясь, Феб.
– А сейчас что в ней плохого? – чуть приподняв подбородок, спросила Алкис.
– Ничего, ты к каждому слову придираешься?
– К каждому твоему слову? Да. – ехидно улыбнулась Алкис.
– Позволишь присесть? – спросил Феб, чуть поднявшись на ступеньки.
– Если хватит смелости. – так же улыбаясь, ответила она.
– Ну смерти я не боюсь, а тебя тем более. – рассмеявшись сказал Феб и присел рядом с ней, – Почему не спишь? – спросил он.
– Потому что я уже выспалась.
– Ты мало спала, как ты могла выспаться?
– Так же легко, как ты находишь тему для разговора.
– Скоро приедут Апостолы, надо их встретить. – меняя тему, произнёс Феб.
– Теперь ты ответил на свой вопрос, почему я не сплю. – засмеялась Алкис.
– Ты встала, чтобы встретить их? – удивился Феб.
– Какой догадливый! А ты не так глуп, как я предполагала. – продолжала издеваться Алкис.
– Значит ты считала меня глупым? Я, напротив, считал тебя умной, но немного женщиной.
– Женщиной? – не понимая шутки, спросила Алкис.
– Женщина- существо без логики, если и есть логика, то она не понятная людям. – начал ехидничать Феб.
– Давно тебе язык вырывали? Ещё одна такая шутка и окажешься на колу. – резко ответила Алкис.
– Какая ты грубая, тебе все равно не справиться со мной. – дерзко ответил Феб.
– Ты хочешь проверить?!– внезапно встав, крикнула Алкис, с злым взглядом на лице.
– Давай! – так же внезапно встал злой Феб и они оба сцепились грозными взглядами, как вдруг послышался топот копыт.
– Апостолы едут. – спокойно сказал Феб.
– Оставь меня с ними наедине. – коротко ответила Алкис и повернулась в сторону гостей. Феб ушёл в дом, оставив ее одну на улице.
Четыре всадника уже подъезжали к дому Париса и остановились на расстоянии десяти шагов от Алкис, которая спустилась с лестницы на дорогу. Воительница показательно выпрямила правую руку перед собой и сжала ладонь в кулак. Апостолы внимательно следили за ней. Чуть подержав в таком положении руку, Алкис согнула ее и прислонила свой кулак к сердцу и гостеприимно указала лёгким движением левой руки на дверь. Апостолы тут же смягчились и поняли, что к ним относятся уже не так враждебно. Подскочив ближе, они слезли со своих коней, и таким же жестом Алкис, поприветствовали ее кулаком у сердца. Это означало, что они так же сердечно рады встрече. Пётр подошёл и протянул ей руку, на что Алкис ответила крепким рукопожатием, взяв за предплечье и показав, что в ее жесте нет лжи и она встречает их с миром. То же самое сделали и остальные всадники, показывая, что они пришли с добром и без войны.
– Я думала, вы приедете позже. – обратилась к ним Алкис.
