— Знаешь что, отведи меня как-нибудь в этот твой подвал. Хочу познакомиться поближе с людьми, которые вроде как на моей стороне.
Я оторопела.
— Зачем это? И разве ты не скрываешься?.. И, вообще, как ты из дома днем выйдешь, мы ведь не поздно собираемся?
— Когда на улице не слишком светло, я могу выйти из дома. Только прямые солнечные лучи приносят нам вред. И скрываюсь я от людей, которые даже не знают, как я выгляжу, — парировал Алекс.
Не успела я предъявить в свою защиту еще парочку аргументов, как из родительской спальни выползла Кейси, громко и протяжно зевая.
— О чем болтаете? — поинтересовалась сестра и плюхнулась на кровать рядом с Алексом. Как-то мало она поспала!
— Твоя сестра не хочет отводить меня в ваш подвал. А мне жуть, как хочется вступить в этот ваш клуб!
Кажется, он переигрывал. Я недовольно нахмурилась, понимая, что упырь пытается настроить Кейси против меня. Она вытянула лицо и радостно воскликнула:
— Ничего себе! Это ведь круто! — а потом перевела на меня строгий взгляд. Я чертыхнулась про себя, осознавая, что теперь она так просто не отстанет. — Сэм, почему ты запрещаешь ему пойти в подвал?
— Так о нем же и беспокоюсь! — фыркнула я недовольно. — Алекс же у нас «залег на дно».
Поняв, что я права, Кейси поубавила свой пыл и задумалась. Но я даже обрадоваться победе не успела, как эта зараза счастливо воскликнула:
— Алекс, так ты ведь можешь с нами сегодня в "Волну" пойти! Ночью тебя полицаи вряд ли искать будут, так что париться не о чем.
Упырь довольно улыбнулся, а я обреченно завыла внутри себя.
— Я только «за».
Я удивленно смотрела на собравшуюся у четвертой столовой толпу людей, пока не признала в них ребят из подвала. Сразу вспомнилось предложение Марко, и от этого стало ужасно неловко. Все-таки мойка полов — мое наказание, и сейчас я жалела о том, что согласилась на предоставленную помощь.
— Мы тебя уже заждались! — воскликнул Реми, когда я подошла ближе.
— Знаете, не стоило вам приходить, я ведь…
— Хей, Сэм, поздно отступать назад! — отозвался Марко. — Мы никого насильно не заставляли, каждый сам решил тебе помочь, не так ли?
Все тринадцать человек дружно закивали. Значит, пришли все, кроме Фридриха и Кейси, которая вызвалась помочь Алексу подготовиться к вечеру. Я не знала, что сказать. Внутри скопилось столько противоречивых эмоций, от которых голова шла кругом.
— Спасибо вам, ребята.
— Благодарить будешь после того, как мы закончим, — подмигнула Лисса. — Открывай уже дверь, иначе мы простоим тут до ночи.
Сдавленно кивнув, я сделала то, что она попросила, внутри все еще сомневаясь в правильность этого решения. Но никто не выглядел недовольным, напротив, кажется, они с радостью помогали мне. В груди приятно потеплело.
— Ого, — восхищенно выдохнула я спустя двадцать минут, обводя взглядом вычищенную столовую. — Без вас я бы, наверное, корячилась тут часа два!
Вызвавшиеся мне помочь друзья участливо заулыбались. Хоть мне и было неловко от того, что за мой проступок мы отплачивали все вместе, я была безумно благодарна им за помощь.
— А теперь пошлите отдохнем! — скомандовал Марко, бросив тряпку в ведро.
Я неловко осталась стоять на месте, в то время как все остальные начали выходить из помещения.
— Эй, Сэм, ты чего? — спросил он, заметив это.
— Мне нужно домой сначала заглянуть, — выпалила я. — Переодеться!
— Хорошо, только долго не задерживайся.
Говорить про Алекса я пока не решалась. Кто знает, может, он все-таки передумал?
Когда все ушли, я сложила в подсобку ведра и тряпки и отправилась домой с не самыми приятными мыслями.
Одно дело, когда упырь знал лишь меня и Кейси — нас связывала сделка, и бояться за свою жизнь не проходилось. По крайней мере, пока. Совсем другое — мои друзья. Где гарантии, что Алекс не признает, скажем, Фила, довольно аппетитным? Ведь никто из них не застрахован от его нападения, а я еще не забыла новость о трупе в тридцать втором комплексе. Все мое естество было против этой встречи, но отговорить упыря у меня вряд ли бы получилось, а вот попытаться выпросить неприкосновенность друзей…
Было жутко от одной лишь мысли.
Когда я зашла в квартиру, меня встретила радостная донельзя Кейси.
— Ты должна это увидеть!
Она схватила меня за руку и поволокла в комнату. Алекс стоял перед зеркалом, придирчиво рассматривая свое отражение. Я прошлась по нему взглядом. На нем были надеты его же джинсы и… отцовская черная рубашка.
Я приоткрыла рот, а перед глазами неожиданно помутнело от накрывшей меня ярости.
— Ты что, дала ему любимую рубашку отца?
— Ему идет, правда? — не замечая перемены в моем настроении, довольно поинтересовалась сестра.
Упырь закатал рукава до сгиба локтя и оставил две верхние пуговицы расстегнутыми. Так же, как делал отец.
— Очень.
Я сглотнула и попыталась дышать глубоко и ровно, в то время как в горле застрял неприятный тугой ком. Хотелось со злостью сорвать с него злосчастную рубашку, прижать к груди и разреветься непонятно, от чего.
