– Какие будут предложения? – спросила Светлана, – уйдем к следующей точке маршрута правительственного корабля или поглядим что тут интересного?
– Думаю, что уйти мы всегда успеем, – решил я, – нужно посмотреть из-за чего произошла эта мини-войнушка.
– Можно аккуратно подобраться к другой брошенной базе, – предложила супруга, – есть шанс, что за этой ведется наблюдение.
– Думаю, что сверкающие братья убедились в уходе незваных гостей, – рассуждал я. – Так что «тут» ничем не хуже, чем «там». На этой станции уж точно есть что-то, вызвавшее тревогу этих замечательных камушков.
– Ты их встречал раньше, тебе и карты в руки, – оставила Светлана за мной решение, – какие у нас планы по исследованию станции?
– Что там внутри, нам не понятно. Думаю, все же, что непосредственной опасности для нас там нет, так что, мы пойдем с Санычем на «Блохе», чтобы охватить большую площадь поисков, – решил я. – Ты завесишь «Ботаник» в разумной близости к станции, чтобы обеспечить в случае проблем наиболее быстрый отход. Щиты не опускай, не в нашем случае экономить энергию. «Блоха» – это не «Ботаник», ее могут и не принять в серьез. Надеюсь, что у нас появится как минимум несколько часов, если судить по аналогии со старателями. Будь любезна, скажи Санычу, чтобы надевал свои цацки-пецки, встреча у «Блохи» через пятнадцать минут. И пусть от пивных градусов избавится, как следует, а то опять вступит в какую-нибудь неприятность.
– Да, капитан, – рассмеялась супруга, – будет сделано, капитан.
– Вернусь – отшлепаю ремнем, – изобразил я грозный тон.
Мы стояли перед выбором места проникновения на станцию. Я ратовал за проверенный старателями путь через разбитые створки ангара. По мнению Саныча, все, что можно, оттуда уже вынесли, а перебирать объедки было бы ниже его «без пяти минут дворянского» достоинства. Принципиально мест проникновения в глубины станции хватало. Даже с виду изделие это выглядело исключительно древним, и на своем немалом веку оно давно изжило все возможные пути добычи энергии. По этой причине, все системы метеоритной защиты тотально бездействовали и дыр как больших, так и малых в бортах сооружения имелось больше, чем достаточно. Кроме обычных пробоин имелись многочисленные технологические входы-выходы для персонала станции. В некоторые из них вполне можно было загнать челнок и больших, чем «Блоха», размеров, видимо, когда-то там базировалась станционная ремонтная техника. Выбор воистину оказался велик, но по большому счету, нам требовался всего лишь доступ внутрь.
В результате небольшого спора приняли решение использовать закрытый люк по размерам подходящий для средней техники, типа нашего бота. С некоторыми сложностями примостив «Блоху» на поверхность станции рядом со шлюзовыми воротами, мы вышли на задание. У дверей шлюза имелись в наличии две управляющие панели. Одна, очевидно, служила для дистанционного управления, вторая – для ручного использования с поверхности станции. Обе наотрез отказались с нами общаться, может, в виду отсутствия энергии, а может, по причине элементарной природной вредности. Последнее известие, в прочем, не сильно опечалило нас, потому что условные значки на панелях в любом случае не относились к разряду читабельных, хотя, и метод «научного тыка» еще никто не отменял.
– Эта… Будем ломать? – с надеждой спросил Саныч.
– Ломай, – согласился я, – только тихо, ты же видел на записи местных охранников. Лучше ломай интеллектом, так точно шума не будет.
– Опять рыбу за деньги, – пробурчал Саныч, – осматривая поле действия.
– Слушай, Годзилла, давай лучше вон те два лючка попробуем, предложил я, указывая на круглые слегка вогнутые створы, может там металл потоньше, не внешняя обшивка все-таки.
– Похоже на мусоропровод, – задумчиво уставился Саныч на объекты.
– Откуда ты знаешь, как у них мусоропроводы выглядят? – продолжил я подтрунивать над Санычем, – а если обитатели были круглые, как шары, мы же даже не знаем, кто тут хозяйничал.
– Ха-ха, – ответил Саныч, – я же не совсем дурак, «Войну и мир» читал, целых шесть глав.
При ближайшем рассмотрении круглые лючки тоже выявили по периметру несколько мертвых панелей. Все «интеллектуальные» усилия Саныча снова ни к чему не привели, даже «не совсем наружная» обшивка станции все же оказалась рассчитана на более опасные, чем разгневанный Саныч неприятности. Главный аргумент «интеллектуального» проникновения – плазменный резак – проковырял на люке небольшую щель, которая ясно показала, что инструмент в данной ситуации применяется не по назначению.
– Давай взорвем, – предложил Саныч, – надоело уже.
– А как же романтика? – ехидно спросил я, – великий медвежатник Саныч и большая железная комната. Давай уже лучше пальнем из блошиных орудий.
– Та що ви кажете! С этого ж таки и нужно было начать, – согласился Саныч, по упущению попытавшись почесать макушку головы рукой.
– Не стоило исключать тот факт, что здесь не заперто, – пояснил я, – только давай аккуратно ЭМ-ками дырочек наделаем, а то спалим еще чего-нибудь ценное лазером.
