– Не ори на меня, Чейз Калдер! Тут целовались двое, а не один. Если ты помнишь, ты сам об этом просил. – Боже, что это был за поцелуй!
Эти ее слова заставили его взглянуть на нее в упор.
– И не зря просил, – проворковал он. Ощущая его взгляд каждым сантиметром своей кожи, Таша пыталась сохранить хладнокровие.
– Как это понимать?
– А так, что я получил гораздо больше, чем ожидал, – пояснил он, и у Таши пересохло в горле.
– Правда? – Господи, почему ее голос звучит так беспомощно!
Ему удалось смутить ее, и уголки его губ довольно поползли вверх.
– Угу.
Таша отвела взгляд, чтобы набраться сил, и, не поднимая ресниц, спросила:
– Насколько больше?
Блаженное воспоминание отразилось на его лице.
– На все сто процентов, – ответил он, ловя ее удивленный взгляд. – Этот поцелуй был особенным. Раньше такого не было.
Эти слова заставили ее сердце биться еще сильнее, но совсем по другой причине.
– Никогда? – поинтересовалась она, нуждаясь в подтверждении этой почти невероятной возможности.
Чейз поймал другую ее руку и сжал пальцы. – Никогда. Не знаю почему, но после аварии между нами возникло какое-то невероятное притяжение. Я не могу разобраться в этом и, если честно, не очень-то и хочу. Что-то со мной.., с нами.., произошло, – кстати, к лучшему. Не то чтобы мне не нравилось раньше тебя целовать, но сейчас совсем другое дело.
Это признание разлилось у нее в груди волной радости. Непостижимо. Невероятно. Так удивительно, что повергает ее в дрожь.
– Да, сейчас лучше, – признала она с беззвучным смехом. Ей нужно все обдумать. – Меня это тоже удивило.
Очарованная, она наблюдала, как губы Чейза сложились в усмешку.
– По крайней мере приятный сюрприз, – сказал он, рассеянно поглаживая ее руку большим пальцем. Но вот он коснулся обручального кольца и поднял руку, чтобы взглянуть на него. – Так ты решила его оставить?
Вероятно, она побледнела, испугавшись.
– Оставить? – переспросила Таша в замешательстве.
– Я заметил, что оно не очень тебе понравилось. Думал, ты уж давно его поменяла, – произнес он спокойно, и Таша поняла, что Наталья предпочла бы нечто более роскошное.
Но не она. Она считала кольцо прекрасным, такое и сама бы выбрала.
– Да нет же, – возразила она, лихорадочно соображая. – Просто я расстроилась, что оно великовато, но это оказалось поправимо. – Если он не попросит чек от ювелира, ее ложь останется незамеченной.
Он нахмурился, задумавшись над ее словами. Потом вопросительно взглянул на нее.
– Так тебе нравится?
– Оно прекрасно, – ответила она честно, и он пожал плечами, списывая такую перемену во вкусах на женское непостоянство.
– Я подберу тебе подходящие серьги, – решил он и так широко улыбнулся, что Таше, чтобы успокоиться, пришлось сделать глубокий вдох.
Но взволновала ее и мысль о том, что придется принимать от него подарки, не ей предназначенные.
– Не стоит, – увильнула она, но его палец снова скользнул по ее руке.
– Может, сменим тему, а то мне не удастся заснуть, – предложил он. – Расскажи мне о матче. Я не знал, что ты увлекаешься бейсболом.
Попробуй тут сосредоточиться, когда он гладит ее руку! Все же она попыталась собраться с мыслями:
– Да, обожаю. Когда есть возможность, не пропускаю ни одного матча. Сегодня мы выиграли, к радости Стиви.
Его палец остановился.
– Стиви? – спросил он кратко.
Таша взглянула на него: неужели ревнует? Похоже, что так, если судить по его хмурому виду. Она чуть было не расхохоталась, но прикусила губу.
– Стиви – мой друг, – пояснила она небрежно.
– Мама мне сказала, – проворчал он, и тут она расхохоталась:
– Видел бы ты сейчас свое лицо! Стиви – сын моей лучшей подруги. Ему десять лет.., нет, одиннадцать. Уже за полночь, так что наступил день его рождения. Матч был моим подарком. Доволен? – смеялась она.
Чейз состроил серьезную гримасу и потянулся к ней, но она вовремя отстранилась:
– Не забывай, ты еще болен.
– Да, но не век же мне валяться в постели. Погоди, вот встану!.. – многозначительно пригрозил он.
– Ну-ну-ну, – произнесла она лукаво и получила в ответ шутливый взгляд, суливший мщение.
– В следующий раз я сам отведу тебя на бейсбол, – пообещал он.
– Ладно, – согласилась она мягко.
– Я веду себя как дурак, да?
Таша, улыбнувшись, наклонилась запечатлеть легкий поцелуй на его губах и предусмотрительно выпрямилась прежде, чем он успел ей ответить.
– Да. Но мне нравится. Пора, – спохватилась она, – уже поздно. Увидимся завтра.
– Жду с нетерпением. Спокойной ночи, милая. Поезжай осторожно.
– Обязательно, – сказала Таша и вышла за дверь, не успев придумать повод, чтобы задержаться.
В конце коридора она остановилась и прижалась к стене. Рука ее сама собой поднялась к губам и коснулась их. Она заставила себя успокоиться и вспомнить все, что говорил Чейз. Подумать только, всего этого она может лишиться! Если бы она не вернулась, если бы не поцеловала его, то ничего бы не узнала!
