- Ах это. Их дочь, Рейчел Кингсли, всегда пыталась что-то из себя строить. Однако она была лучше всех нас вместе взятых в этом ничтожном городишке, по крайней мере, казалась таковой. Вышла замуж за какого-то надменного инвестиционного банкира в Нью-Йорке. Они периодически приезжают сюда со своими дочерьми-близнецами. Эйри и Тэйт. Одного возраста с Канааном и Корином. И как я уже сказал, они те еще сердцеедки. Они просто красавицы и, похоже, им удалось не стать такими же занозами в заднице, как их родители. Хотя Рэйчел Кингсли никогда бы не допустила, чтобы ее дочерей поймали на том, что они попытались посмотреть в сторону членов семейки Бэдд.
- Понятно. И тебе это кажется смешным?
Он кивнул.
- Ага. Это уморительно. Мы заработали свою репутацию и гордимся ею. Но мы не плохие люди. Если кому-то нужна помощь, мы поможем. Мы не связываемся с несовершеннолетними девчонками и замужними женщинами, хотя однажды Бакса поймали с женой одного парня, но она не сказала ему, что была замужем, поэтому это была ее вина. Суть в том, что мы были крутыми парнями и не следовали ничьим правилам, только нашими. Мы до сих пор так делаем, и если подумать, мы никогда не делали ничего жестокого или плохого. Мы не бандиты. И Бакс, он об этом никому не рассказывает, был волонтером в старшей школе и каждый день после уроков помогал детям в кабинете специального образования. Сблизился с ними, подружился. Если кто-то пытался дразнить этих детей, Бакс устраивал им взбучку. Но, тем не менее, местные недолюбливают нас. Или в лучшем не знают, что от нас ожидать. Они вздохнули с облегчением, когда Ксавьер уехал, потому что это означало, что все Бэдды, кроме Баста уехали из Кетчикана... что означало, что их дочери были в безопасности, если будут держаться подальше от нашего бара. А сейчас? Все восемь - мы снова здесь.
- Целомудрие всех одиноких женщин города в опасности? - пошутила я.
Он пожал плечами, соглашаясь с этим замечанием.
- По сути верно. Хотя Баст теперь женат, поэтому он больше не в списке главных угроз женского целомудрия в Кетчикане.
- А ты - мой. - Я услышала, что именно сказала и решила исправить свою оплошность. - По крайней мере, на неделю.
Но он все понял.
- Амаранта, - он остановился, когда сказал мое имя, повернулся ко мне и взял меня за руки.
Я смотрела на него.
- Да?
- Мы оба знаем, что там произошло что-то, поэтому нет смысла этого отрицать.
- Ладно?
- Поэтому, да, я твой. - Он также приостановился. - По крайне мере, на неделю.
- А после? - я не могла не спросить.
Сначала между нами повисла тишина, но моих рук он не отпустил.
- Нам так нужно обсудить это прямо здесь и сейчас?
Я покачала головой, понимая, что он был прав.
- Нет, - я вырвалась из его хватки и снова взяла за руку. - Нет, не нужно.
Мы прошли еще около километра и дошли до центра, а затем и самого кинотеатра. Как Зейн и говорил, показывали только два фильма: боевик и романтическую комедию. Он заплатил за билеты и повел меня через весь зал, пока мы не дошли до последнего ряда и сели на кресла в углу, которые находились дальше всего от выхода.
Пока мы ждали начала фильма, он взглянул на меня.
- Знаешь, я тебе уже немного рассказал о себе, и тут я понял, что ни черта о тебе не знаю. - Он провел большим пальцем по моим костяшкам. - Тебе не нужно вдаваться в подробности, но... мне бы хотелось знать, чем живет Амаранта Куинн.
Я протяжно вздохнула.
- Ладно. И что бы ты хотел обо мне узнать?
Он покачал головой.
- Нет, так не пойдет. Ты мне расскажи то, чем хочешь поделиться, и если у меня будут вопросы, я спрошу, но тебе не обязательно на них отвечать, если не хочешь.
Я постучала пальцем по подлокотнику сиденья.
- Я единственный ребенок в семье. Это значит, что я вообще не понимаю твою семью. - Я засомневалась, ведь обычно большего я никому не рассказывала. - Выросла в одном захолустном городишке в штате Индиана. Моя мать стоматолог. Играла в волейбольной команде школы. У меня была лошадь, кобыла породы Скалистых гор, ее звали Этель.
- Лошадь по имени Этель?
Я засмеялась.
- Да. Мы купили ее у заводчика, он ее так назвал, не знаю почему.
Наступило молчание, но Зейн продолжал выжидательно на меня смотреть. Когда он понял, что больше я ничего не скажу, то нахмурился.
- И все?
Я пожала плечами.
- А что еще рассказывать?
Он покрутил локон моих волос.
- Много чего. Ты не сказала про отца, например.
- Это не самая лучшая тема.
Зейн вздохнул.
- Слушай, я не хочу давить на тебя, но мне просто кажется, что ты не особо мне доверяешь. Что объяснимо, наверное. Но я думал, что мы будем пытаться быть открытыми друг с другом. Но пока только я открываюсь тебе. Я рассказал тебе о Марко. Даже мои братья не знают, что у Кэмпи есть ребенок.
Я застонала.
