– Единственный «Тигр», о котором я хоть что-то как-то знаю, прыгал через горящее кольцо в нескольких метрах от меня ещё в глубоком-глубоком моём детстве», – иронично пролепетал про себя Иван.
– Ну что, Слободкин, сдавай работу, время! Здесь тебе не кафе, до последнего клиента не работаем, – остроумно, и в тоже время так не кстати оповестил рупор экзаменационного совета, всё тот же чудак Демидович.
«Боже, как пролетело время!», – когда Иван оглянулся, то в аудитории больше никого не было. Но у студента всегда есть выход, и если не знаешь, что писать, пиши хоть что-нибудь.
– Ещё 5 минут, мне осталось немного дописать последний вопрос…– почти шёпотом ответил Слободкин.
– Даём тебе ровно пять и не минутой больше, – вынесла вердикт «судья» всея студентов Ия Романовна.
И так, в ход пошли классические рукописные «шпоры», левой рукой Слободкин доставая одну за другой, незаметно сминал в кулак, один глаз читал первый попавшийся текст, другой контролировал зону безопасности, а правая рука быстрым неразборчивым почерком строчила ответы. В таком положении Иван бы сошёл за настоящего геккона.
«Фух, кажется, всё» – выдохнул с тяжестью Слободкин и направился к столу экзаменаторов.
Явившись перед строгим преподавательским составом, как лист перед травой, Иван представил на суд своё творение. Пока шустрая аспирантка Аглая взялась заполнять зачётку и ведомость, Ия Романовна и Яков Демидович разделили между собой листы. Пока она пробегалась глазами по тексту ответов на вопросы с письменными объяснениями, он изучал правильность выбранных ответов тестирования. Спустя пол минуты они поменялись. Потом ещё раз. И ещё раз. Чтобы это могло значить? Такой же вопрос мучил преподавателей.
– товарищ Слободкин, что это? – лёгкая надменность Ии Романовны сменилась растерянностью и недоумением. Согласитесь, так ещё нужно уметь, вывести «титана» всех профессоров в такое уязвимое состояние.
– В целом… В целом в части тестирования можно отметить и правильные ответы… – замялся Яков Демидович.
Иван тотчас воспрял: «Сработал метод тыка!». Корабль надежды, загруженный гордостью и уверенностью, ускорил темп.
– Но если рассматривать ответы письменной части экзамена, то это явно писал человек, находящийся не в ладах с разумом. Такую работу, увы, оценивать нельзя. Из рекомендаций можно только выписать необходимость посетить врача, – Корабль надежды, загруженный гордостью и уверенностью, разбился о скалы учительского презрения.
– Слободкин, вы здоровы или находились в одурманенном состоянии? Ваша шутка явно неуместна, тем более на пересдаче! Чем вы занимались две недели? Вы не то, что не открыли учебник, вы просто наплевательски отнеслись к предмету.
– Ия Романовна, я готовился, честно! – Иван был готов молиться кому угодно и клясться чем угодно, лишь бы закрыть ненавистную пересдачу.
– Честно?! Что же, не буду возражать. Давайте-ка вместе дадим оценку вашим ответам. Вот, к примеру, вопрос номер шестнадцать: «
– Про «железобетонную» эпоху человечества, лучше умолчим, – вставил свои скромные пять копеек чудак Демидович.
Слободкин оторопел и покраснел, как листва по осени. «Оказывается, помимо списывания нужно было бы ещё и хоть немного читать и соображать, что и как списываешь. Получилось, что в спешке ещё и дров наломал и выставил себя полным дурачком. Позору точно не оберёшься. Но зато на будущее я вынес главный урок: сокращать в шпаргалках нужно максимально понятно!».
– Что скажете в свою защиту, студент Иван Слободкин?
– Я думаю, что я заслуживаю саму маленькую тройку, пусть и с самым большим минусом…
– Тройка?! А может сразу на доску почёта, не хотите? – вдруг взбеленилась невозмутимая Ия Романовна.
– А у меня идея ещё лучше. Давайте на собрании перед каникулами соберём всех студентов и зачитаем им вместо ободряющего напутствия эти удивительные строки, и представим коллективу автора на «бис», – немного разрядил обстановку Яков Демидович, схватившись за свою бородку.
– Нет, нет, этого не нужно! Пожалуйста, дайте мне ещё один шанс. В последний раз! Обещаю, я всё выучу! Правда-правда! Вот просто клянусь… своими кедами.
