Я аккуратно дотрагиваюсь до головы, которая раскалывается на части, алкоголь все еще внутри меня.
— Мне нужно позвонить, — я роюсь в карманах в поисках телефона, но не нахожу. Смотрю на журнальный столик и вижу там мобильный Блэйка.
— Позвони, если хочешь, — говорит он и жестом показывает на журнальный столик, где лежит телефон. Там же лежали журналы про автомобили и женское ожерелье. Я знала чье оно, только одна девушка могла носить такое, и это была Эрика. Город у нас был маленький и я хорошо знала всех, но ожерелье Эрики с буковой «Х», что означало ее фамилию Хэйл. Она была здесь? Я беру в руки ожерелье и вспоминаю глупую блондинку Эрику, которая никогда не блистала умом, ее заботило, чтобы высох лак на ногтях, а не контрольная по математике.
— Откуда он у тебя? — мой вопрос звучит неуместно, и, наверное, я не вправе его задавать, но сдержаться не могу.
— Это? — удивляется Блэйк, — Это… ты знаешь чье это. Мы встречаемся.
От его слова мне становится не по себе. Его голос снова звучит грубо, я кладу ожерелье и быстро встаю с кровати, голова все еще кружится, но мне нужно уходить.
— Стой! — говорит он и быстро подхватывает меня, потому что я начинаю падать, голова кружится слишком сильно, — Тебе нельзя вставать.
— Нет, — протестую я, — Мне пора, позвоню в другом месте, правда.
Я чувствую его теплую руку у себя на талии, как тогда, когда мы танцевали на бале-маскараде. На секунду мне не хочется, чтобы он отпускал меня, а держал так всегда. Опять появляется та ниточка, как будто дежавю, словно уже это было. Наверное, он держит меня слишком долго, и мы оба это понимаем. Он медленно отпускает меня и нить растворяется, словно ничего не было.
— Тогда я довезу тебя, ты точно никуда не дойдешь, — говорит он и берет ключи с журнального столика, — Можешь идти?
— Да, — вру я и следую за ним, голова кружится довольно сильно, но думаю, что это всего лишь из-за алкоголя. Скоро все должно пройти, через пару часов я буду в норме.
Сажусь в его черный старый фольксваген и меня снова наполняют эмоции. Не знаю откуда они появляются, но я будто испытываю что-то невозможное, воспоминаний никаких нет, а эмоции остались, это странно, да? Как только Блэйк садится в машину все сразу же проходит.
Я показываю ему дорогу, и он довозит меня до Эйприл.
— Спасибо, — кратко говорю я и держусь за ручку двери. Всего секунду я смотрю в его карие глаза, вижу шрам над бровью, но мне кажется, что проходит целая вечность, прежде, чем я выхожу из машины. Он уезжает, а я смотрю ему в след. Внутри меня странные эмоции. Он встречается с Эрикой? Какое мне дело, мне все равно, но что-то говорит мне об обратном, и я пытаюсь затушить это чувство.
Я разворачиваюсь и иду в сторону дома Эйприл. Вижу, что ее окно на первом этаже все-таки открыто, и я с облегчением через окно перелезаю в ее комнату.
Дневник Блэйка Росса
До сих пор в голове не укладывается, как ее отец мог сделать это?
Мы сели с ней в мой черный фольксваген, чтобы доехать до моей мамы, она работала на окраине города на пристани.
Она с радостью поехала со мной. В этот день все и случилось. Мы попали в аварию, аварии не было, если бы у моей машины были тормоза, но их не было. Странно, да? Я хорошо разбираюсь в машинах, и не мог бы допустить такого, я прекрасно знал, что это все подстроено ее отцом. Он надеялся, что я один разобьюсь на этом автомобиле, но я был с ней. Весь удар пришелся на ее сторону, он был такой сильный, что она вылетела через лобовое стекло, а я отделался лишь пару царапинами и вывихом плеча. Помню, как вызывал скорою помщь дрожащими руками, все ее лицо было в крови, я даже думать боялся, что она может умереть. Тогда бы я не раздумывая прыгнул с пристани. Не хочу жить без нее.
Когда ее забирала скорая помощь я поехал с ней, все врачи пытались вернуть ее к жизни.
Внутри все переворачивалось от того, что произошло, но я старался держать себя в руках.
В больнице я встретил ее отца. Он был так зол, увидев меня, налетел на меня, начал душить, до сих пор чувствую его руки на своей шеи.
— Ты ублюдок! — кричал он, но его жена быстро подбежала и начала разнимать нас.
— Том, не здесь, прошу! — просила она. Я со всей силы оттолкнул его.
— Вам должно быть стыдно за то, что своей ненавистью ко мне вы чуть не убили свою дочь! — выплюнул я, и уже собирался уходить.
— Что ты несешь? — в его голосе как всегда было много злобы и ненависти, его жена стояла рядом и смотрела то на него, то на меня.
— Вы выкачали все давление из тормозов моего фольксвагена и не надо делать вид будто это не вы, конечно, может это не вы, наверняка не занимаетесь грязной работай, ведь так? Хотели убить меня, а получилось совсем наоборот… — медленно сказал я, пытаясь привести дыхание в норму.
— Оставь нас, Дона, — попросил ее отец и его жена оставила нас одних.
