— Главное, что б тут не помереть, — серьезно проговорил Стас и вдруг повеселел. — Ну ничего! Я — везучий черт!
— Селихов! — Окликнули меня со спины.
Я обернулся.
К нам шел седой майор, приехавший из отряда.
— Младший сержант Селихов!
Алейников тут же вытянулся по струнке.
— Я! — Отозвался я, встав «смирно».
Майор, вопреки моим ожиданиям, не стал подзывать меня к себе. Вместо этого он приблизился сам.
Оказался он ниже меня на полголовы. Хоть и невысокий, он тем не менее мог похвастаться широким торсом и крепкими руками, что говорило об отличной физической форме.
Его лицо его, хотя в нем и угадывался возраст, казалось очень гладким. Не единой морщинки. Только едва заметные шрамы на лбу от, должно быть, перенесенной в детстве оспы, говорили о том, что это все же живое лицо, а не безэмоциональная маска.
Майор снял фуражку и обнажил седые короткостриженые волосы.
— Значит, ты у нас Саша Селихов, — начал он холодновато, — слышал о тебе. Слышал о твоих заслугах. Еще даже первого года службы не минуло, а уже младший сержант.
С этими словами он очень оценивающе уставился на меня. Взгляд его маленьких, глубоко посаженных глаз был внимательным и я бы даже сказал, требовательным. Во взгляде этом сложно было распознать какие-либо эмоции, которые я, как правило, легко считывал и анализировал, если речь шла о любом другом человеке.
— Да только представлял тебя себе немного по-другому, — продолжил он. — Почему-то думал, что ты будешь смотреться постарше. Покрупнее, что ли.
— Уже не в первый раз такое слышу, — сказал я ровным тоном, — товарищ майор.
Майор поджал очень тонкие и почему-то бледные губы. А потом, внезапно, протянул мне свою широкую ладонь.
— Пуганьков доложил мне, — сказал он, — сказал, что ты ему помог с руководством обороной в его первом бою. Что не дал духам прорвать защиту заставы. Взял на себя командование отделением, когда командира контузило. Признаться, я восхищен этим, Саша.
Майор усмехнулся, когда я пожал ему руку. Продолжил:
— Ни раз не видел, что б боец первого года службы работал вот прям так. Как профессионал. Это ж откуда ты такой взялся? На моем веку, как не молодой солдат, так обязательно набедокурит.
— Нам бедокурить нельзя, — ухмыльнулся я в ответ, — мы тут Границу защищаем.
— Эх… взять бы такое твое понимание, да переложить в головы другим солдатикам… И все ж, как ты это так умудрился?
— Немножко удачи и смелости, товарищ майор.
— М-да-а-а-а-а… — Протянул он, — Тут не немножко, я б сказал. Ну да ладно. Я человек простой. После армии работал мотористом. Вот и думаю, что если уж работает, то нечего в рабочую схему нос пихать. И раз у тебя все так ладно получается, то делай, как получается. Одно мне жаль — что у нас не все такие Селиховы. Я б даже сказал, очень уж их «Селиховых» мало.
— В одиночку я Шамабад бы не отбил, — возразил я, — мы все сегодня сработали в едином кулаке. Оттого и удержались.
— Скромничаешь? — Ухмыльнулся майор.
— И не думаю, — сказал я. — Вот, скажем, рядовой Алейников…
Я кивнул на Стаса.
— Он в бою лично уничтожил не меньше семи душманов. Это только тех, что видел я. А сколько там по-настоящему было, я и не считал.
Я хитровато глянул на Алейникова, которого, казалось, майор поначалу и не заметил. Тем не менее сейчас майор тоже заинтересованно глянул и на него. Смерил смутившегося Стаса взглядом.
— Алейников, говоришь?
— Так точно, товарищ майор, — зачем-то ответил ему немного удивленный Стас.
— Молодец, Алейников, — кивнул белоголовый.
— У нас сегодня на Шамабаде много отличившихся, — продолжил я, — парни выдержали немало. Рукопашную выдержали. Что тут еще говорить?
— Знаешь, Селихов, — вздохнул майор, — вот слушаю я тебя, и мне с каждым словом за себя все стыднее становится. Стыднее, что мы вовремя не поспели. Шли быстро, как могли, но вязли постоянно. Дороги в ущелье размыло. Распутица. Продвигались, как черепахи. Хотя и делали что могли. Спешили.
— Ну, летать БТРы пока что не научились, — улыбнулся я.
— И то верно, — майор вздохнул. Потом усмехнулся, показав золотую коронку на зубах — Да и какие полеты? Ночь, дождь. Погода не летная. В общем, ладно. Я чего хотел тебе сказать…
Майор прочистил горло.
— Звать меня Гринем Андреем Санычем. Будем, кстати, знакомы.
— Будем, товарищ майор. Меня Сашей.
Он не ответил, но кивнул. Потом продолжил свою мысль:
— В общем, чего я хотел-то? У нас в мангруппе служба суровая. Сложная. Нам нужны парни типа тебя, крепкие и умелые. О тебе я давно слыхал. Начотряда тебя даже упоминал. Отмечал отдельно, как умелого, несмотря на возраст, бойца. На так вот. Не хочешь ко мне пойти? Я тебя в моей мангруппе с радостью приму, стоит только тебе рапорт подать. Получишь звание сержанта и отделение стрелков под свое руководство. Опыт в таком деле у тебя уже имеется. Да и в принципе ты себя проявил отлично. А у лейтенанта первой заставы Моржина как раз сейчас проблемы с младшим командирским составом. Некомплект. Нам бы такой боец, как ты, очень пригодился.
