– А как водилы не заметили, что у них машины поджигают? – задал я странный вопрос. Странный, потому что помимо водителей там еще были и крутые спецы. Как они–то проморгали?
– Будем выяснять, – сказал Унгерн, словно бы отвечая на мой вопрос.
Задумавшись, побарабанил пальцами по стеклу, открыл бардачок и, вытащив «Уоки–Токи», скомандовал: «Внимание, говорит первый! Всем стоп!»
Коль скоро команда объявлена для всех, то и наш водитель дисциплинированно нажал на тормоз. Разумеется, Леонид лишних вопросов не задавал, а я постеснялся.
Унгерн открыл дверцу машины, кивнув – мол, выходите.
– Ищем клопов, – сообщил Унгерн.
Пономарев полез в багажник, вытащил штуку, напоминающую помесь теннисной ракетки с металлоискателем и принялся за дело.Осмотр одежды на наличие клопов ничего не дал. Потом настала очередь машины. Но, к счастью – или к несчастью, ничего не нашли.
– Хоть что–то хорошее, – порадовался генерал. – По–крайней мере, мы чистые.
– Виктор Витальевич, а вы меня не могли спросить? – напомнил я о своем существовании и, заодно о проявившихся талантах. – Были бы здесь жучки – ну, клопы, я бы почувствовал.
– Уверен? – заинтересовался Унгерн.
– Попробую, – откинулся я на подголовье, закрыл глаза и начал «медитировать», стараясь проговорить вслух свои изыскания: – Так, автомобильный аккумулятор, двигатель – это понятно. У Леонида – два сотовых, или смартфоны, тоже понятно. Один вместо навигатора приспособлен. У вас, товарищ генерал, аж три сотовых при себе. Ну, это мое… В багажнике две какие–то хрени… И что–то еще под капотом прилеплено. Нет, вру. Это не под капотом, это наш видеорегистратор…
– Олег, остановись! – тряхнул меня генерал за плечо. – Регистратор вырубился…
К слову – очень даже вовремя он меня вывел из транса. Если бы еще чуть–чуть подумал о технике – то она начала бы взрываться. Ну, или просто ломаться. В электронике я не великий специалист, только если сломать.
– Зато – никакой враг нас не видит! – радостно сообщил я. – Ни жучков, ни клопов не обнаружено.
– О, а господин Кустов еще и экстрасенс, – весело констатировал майор Пономарев, не отрываясь от дороги. Щелкнув по видеорегистратору, привел его в рабочий вид, хмыкнул: –Усилием воли глушит бытовую технику. Ты примусы не чинишь?
Но генерал его сарказма не разделил. Вытаскивая из карманов свои смартфоны, обеспокоенно потыкал пальцами.
– Работает…
Не дожидаясь очередной порции упреков (вполне заслуженных, кстати), решил сработать на опережение:
– Кстати, Виктор Витальевич, вы не ответили. Вы мне домой разрешаете съездить?
– Разрешаю, – хмуро кивнул генерал. – Суток хватит?
– Суток? – возмутился я.
– А сколько тебе нужно? – пожал плечами начальник. – Ладно, пусть двое суток. А, я сегодня добрый – нехай будет трое. Вещи собрать, контейнер заказать. Я позвоню местному начальству – помогут.
Поначалу я не понял – о чем идет речь, но потом до меня стало доходить.
– То есть, речь идет о моем переезде? – уточнил я.
– А тебе зачем служебную квартиру дали? Баб водить? Нет уж, будь добр жить там с законной супругой.
– Я и не собирался туда баб водить, – обиделся я. Хмыкнул: – Понадобится – найду я квартиру.
– Ага, – подхватил генерал с насмешкой. – Найдет он квартиру. Служебный кабинет он найдет…
Я снова обиделся. Пономарев, внимательно слушавший наш разговор, покосился на меня в зеркале и, слегка скривил губы в усмешке – дескать, чего это ты, шуток не понимаешь? Думаю, воспринял слова шефа не как намек на уже случившееся, а как начальственный юмор.
– Ну, а если серьезно, – посуровел вдруг Унгерн, – то с момента твоего отъезда – или, ухода в Застеколье, к твоей семье приставлена охрана. Людей из Москвы выдернул, местных не стал трогать. Да и где их взять, местных? Так что, нам гораздо проще охранять твою семью здесь, в Москве, нежели там.
– М–да, – промямлил я.
Чего не знал, того не знал. Но не стал делать удивленные глаза – мол, зачем? То, что ко мне самому не приставлена охрана, еще ни о чем не говорит. А вот семья легко может стать объектом давления. И, если надавят, то «поплыву». Спросил:
– Было уже что–нибудь?
– Было, – не стал увиливать генерал. – В твоем подъезде обнаружены две видеокамеры. Причем – одна прямо у твоей двери, а вторая на лестничной площадке. Кто устанавливал, пока не знаем. Работа ведется, но время нужно, чтобы уточнить, куда сигналы идут. Домоуправление, разумеется, ремонт сделало в подъезде, картинка пропала, но кто даст гарантию, что камеры не торчат еще и во дворе? Каждое дерево не проверишь. Ждут тебя, а пока ищут подходы. С кадрами, как я понимаю, у них не очень, но люди работают, варианты пробуют. Была зафиксирована попытка познакомиться с твоей дочерью.
– Так, может обычное знакомство? – предположил я. – Дочь взрослая, восемнадцать лет.
– Если бы молодой человек был, ее возраста, тогда понятно. А тут хотел познакомиться дяденька тридцати пяти лет, из не очень дальнегоЗарубежья, с двойным гражданством, с деньгами.
– Да я ему… – начал я закипать.
