Сияет небо солнцем ясным,Играет быстрая волна,Прозрачным полднем, нежно-красным,Цепь снежных гор озарена:Земля, стряхнув оковы сна,Блаженством почек дышит снова,В ветрах и в пеньи птиц весна,И в звуках рокота морского.Здесь нежен даже гул смятенья городского.Из глубины, с морского дна,Глядят подводные растенья,Их зелень с красным сплетена;В волне — всех светов отраженье.Как звездный дождь — ее движенье.Один встречаюсь я с весной,И океан, тая волненье,Поет размерною волной, —О, если бы теперь был кто-нибудь со мной!Увы! Я чужд надежд, участья,Внутри — раздор, нет мира — вне,Я чужд и царственного счастья,Что знает мудрый в тишине,Живя сознаньем, как во сне,Увенчан внутреннею славой;Ни ласк, ни снов, ни власти мне.Другие жизнь зовут забавой, —Иная чаша мне, с холодною отравой.Но здесь, где ветерок шутяВоздушно веет на просторе,Я, как усталое дитя,Хотел бы выплакать все горе,Здесь скорбь нежна, как грусть во взоре:Я здесь хотел бы, в свете дня,Уснуть, остыть, и ждать, что море,Неумолкаемо звеня,Свой гимн мне пропоет, баюкая меня.Быть может, кто и пожалеет,Что я забылся вечным сном,Как я, поняв, что день слабеет,Скорблю до времени о нем;Да, я один из тех, о комЖалеют, — пусть им нет призванья;Но я несроден с этим днем.Он светит, а умрет сиянье,Он будет жить еще, как блеск воспоминанья.<p><strong>СОНЕТ</strong></p>Не поднимайте тот покров, которыйЗовут живые жизнью: пусть на немЛишь вымысел мерцает беглым сном.Все то, чему хотели б верить взоры.Два духа, Страх и Чаянье, как воры,Таятся там, во мраке роковом,И тени ткут в провале снов глухом,Над бездной создают свои узоры.Был некто, кем покров приподнят был:Любить хотел он, — но в широком миреОн никого, увы, не полюбил.Свет в тени, зрячий меж слепых на пире,Ждал правды он, спасения от зол,И, как Пророк в пустыне, не нашел.<p><strong>1819</strong></p><p><strong>СТРОКИ, НАПИСАННЫЕ ВО ВРЕМЯ ПРАВЛЕНИЯ КЭСТЛЬРИ</strong></p>
