— Если бы ты не справилась, Анвар был бы уже мёртв, — моя нелепая, неумелая попытка подбодрить неожиданно находит живой отклик, и Юника слабо улыбается:
— Да, но я к его спасению руки не приложила. Он запретил. Сказал, что верит в тебя и то, что между вами. Выходит, наш всезнайка и тут оказался прав?
Как же стыдно. Чувствую, что щёки заливает краска, а желудок сжимает тошнотой. Я не хочу и не могу врать, не сейчас и не ей, открывшейся мне почти по-родственному. Леди Лидианская сильно переоценила меня, да я сама себя переоценила. Лгать всем вокруг о том, что у нас с ним прекрасная семейная идиллия, у меня не получится.
— Выходит, что так. Я не могла позволить его казнить, — усилие, которое требуется для этих слов, вытягивает из тела последние крупицы тепла.
Остальные сборы проходят как в тумане. Юника заканчивает мою причёску, поправляет переливающиеся жемчужины. Бархатное платье без рукавов в традиционных синих оттенках династии холодит кожу, но выглядит достаточно прилично с этой золотой вышивкой из роз по низу корсета и расклешённому подолу. Впервые без траура. Завершают образ штрихи розовой краски на губы, корона с каплями сапфиров, мамины серьги-полумесяцы и кулон в комплект. Всё было бы вполне ничего, если бы сопровождала меня на приём не всё та же Юника, а Анвар, но тот так и не является в спальню. Недоброе предчувствие неумолимо крепнет. Что, если в городе, где не любят его народ, он стал жертвой нападения? Хотя, вероятнее, сам на кого-то напал…
По той же лестнице мы спускаемся на первый этаж, к приёмному залу. Не перестаю удивляться простоте убранства поместья графа: лакированные деревянные лестницы, никаких тяжеловесных статуй или портретов предков, только тёмно-зелёные дорожки в коридорах, пейзажи с самыми потрясающими видами и суженые кверху купольные арки. Стражников впервые вижу лишь у самого входа в зал, двух откровенно лениво подпирающих стены парней в оливковых кителях, которые при виде меня тут же выпрямляют спины и открывают двери. Впереди слышится задорная фортепианная музыка, вполне приятная.
— Ненавижу такие сборища. Надеюсь, хоть на толковые закуски этот золотозадый не скупился, — шепчет мне на ухо Юника, когда мы неспешно идём дальше.
— Побудем тут немного для приличия и уберёмся с чистой совестью, — обещаю я ей, потому как тоже совершенно не испытываю желания веселиться. Скорее — от души выспаться в нормальной кровати, ведь потом отряд несколько дней не ждёт подобной роскоши.
— Это по мне. Я за винишком. — Заметно взбодрившись, Юника исчезает среди не особо многочисленных гостей, зато я уже слышу, как затихает игра клавиш, и глашатай объявляет:
— Поприветствуем, Её Величество королева Виола Артонская! — толпа послушно расступается, освобождая мне путь к центру зала.
Налепив приветливую улыбку, ступаю по получившемуся живому коридору. Мельком оцениваю обстановку. Выстланная паркетом бальная площадка отгорожена от второй половины помещения рядом расписанных извилистыми зелеными змеями колонн, а за ними видятся накрытые фуршетные столики и удобные диванчики. Но больше поражает количество зеркал на стенах — не сразу осознаю, что в сути своей зал не так велик, как изображает оптическая иллюзия. Спасибо придворному механологу, что я знаю такие слова… А граф, кажется, мастер пускать пыль в глаза.
Куда интереснее люди и их реакция. Аристократы Тридорога оказываются куда скромней столичных, приседая в реверансах, как только я прохожу мимо. В тишине, при приглушённой музыке, до моих ушей долетает несколько неразборчивых шепотков из дальних рядов. С лёгким неудобством понимаю, что моё выбранное наугад для путешествия платье слишком вычурное, а местные леди отдают предпочтение лёгким, воздушным тканям нежных пастельных тонов, зато в изобилии украшают себя полудрагоценными камнями: ожерельями из яшмы, жадеита и лазурита.
— Большое спасибо, что решили посетить наше скромное веселье, — громко приветствует меня Элтор, слегка наклонив голову. Он вновь кажется похожим на лиса, которого заботит только целостность своего хвоста и его пушистость. — Счастливы видеть среди нас саму королеву.
— Благодарю за приглашение, граф. Не стоило утруждаться, устраивая такой роскошный приём.
Я почти не задерживаю взгляда на его гладко выбритом бледном лице, скользя дальше в поисках знакомого чёрного сюртука и с облегчением выдыхаю, заприметив Анвара, подпирающего спиной одну их колонн с бокалом в руке.
Он моментально перехватывает этот интерес, и узкие губы трогает лёгкая кривая усмешка. А меня вместе с прошедшим между лопаток холодком окатывает волна раздражения. Прозрачные глаза светятся так победно, что от досады прикусываю губу.
«Да, кхорры тебя раздери, я волновалась, потому что здесь не любят темнокожих, а ты пропал на половину дня! С чего я вообще прихожу сюда без тебя?!» — вложив этот мысленный крик в свой взор, решительно сжимаю кулаки. Посмотрим, кто кого. Мой ход.
