«Лопухом по лицу! Да разве так можно!» - возмутился про себя Джеф. Его щеки горели, и он совершенно позабыл про все хвори. Справившись наконец с неуместным гневом, Джеф улыбнулся и сказал:
- Привет…
- Здравствуй, - ответила девушка. Вежливо, но без особой теплоты.
- Меня зовут Джеф, а тебя?
- Лала.
- Лала?
- Лала, - кивнула девушка.
Джеф осторожно сел на топчан и, осмотревшись, спросил:
- Это твой дом, Лала?
- Нет, не мой, - ответила та.
- Понятно… - кивнул Джеф, на самом деле ничего не понимая. - А мы на острове?..
- Да.
- А еще кто-нибудь здесь живет?
- Да, - односложно ответила девушка. Она продолжала стоять посреди хижины и смотреть на Мэнсона.
- А сколько тебе лет? - Мэнсон задал этот вопрос, чтобы хоть как-то разговорить Лалу, но этот диалог ее совершенно не интересовал.
- У тебя ничего не болит? - спросила девушка.
- Нет, я в полном порядке.
- Тогда я принесу тебе поесть, - сказала Лала и направилась к двери.
- Очень кстати, - добавил вдогонку Джеф, когда за Лалой уже опустилась циновка.
«Куда же я попал?» - задал себе вопрос Мэнсон. Он встал с лежанки и, прокравшись к двери, выглянул наружу.
Ничего существенного он не обнаружил. Только еще с десяток стоящих на песке хижин и лес. Около одной из хижин дымился костер, и женщина, одетая как Лала, мешала в большом котле кипевшее варево.
Первая разведка ничего не прояснила, но выходить из хижины Джеф все еще опасался, решив разузнать побольше от девушки. Он снова вытянулся на лежанке и стал вспоминать все произошедшие за последние несколько дней события.
Блуждание по лесу, дикие муравьи, речные чудовища - все это Джеф помнил. Затем несколько невнятно он воспроизвел в памяти угон катера, а потом, увы, был провал.
«А очнулся я уже здесь…» - заключил Джеф, оглядывая стены хижины.
Циновка поднялась, и снова появилась Лала. В руках она держала сложенный вчетверо пальмовый лист, на котором стояла большая консервная банка. Из банки шел пар и, судя по запаху, в ней были речные дары.
«Ну конечно, а откуда им взять что-то другое?» - подумал Джеф. Девушка поставила блюдо на край лежанки и протянула Джефу заостренную палочку.
- Спасибо, Лала, - сердечно поблагодарил он, однако девушка только равнодушно кивнула. - Может, поешь со мной?
Девушка отрицательно покачала головой и, как показалось Джефу, изобразила на лице брезгливую гримасу.
- Ну как хочешь, - пожал плечами Джеф и внезапно почувствовал, как он оголодал и стосковался по горячей пище. Поедание древесных дынь помогало не умереть с голоду, но никак не способствовало нормальному пищеварению, и последние пару дней Джеф страдал диареей.
Он ткнул палочкой в мутный бульон и вытащил дымящийся клубень речной кувшинки. Джеф знал, что это съедобно. По крайней мере, так говорилось в специальных инструкциях. Вареный корешок был немного горьковат, но вполне ничего. Следом за ним последовал еще один клубень, а затем несколько моллюсков и пара раков. Когда последний панцирь был тщательно обсосан, Джеф удовлетворенно вздохнул и сказал:
- Спасибо тебе, добрая хозяйка. Надеюсь, теперь можно пойти помыть руки?
- Сиди здесь, я принесу воду, - сказала как отрезала Лала и, взяв опустошенную банку, покинула хижину.
«Странно, - подумал Джеф, - чтобы молодая девушка без интереса смотрела на такого видного парня, как я? Это нетипично…»
После еды Джефа потянуло в сон, и он прилег на ставший привычным лежак.
«Наверное, что-то подмешала в суп, змеюка…» - уже засыпая, предположил Джеф.
Он проспал несколько часов и проснулся, когда его коснулась рука Лалы. Ее пальцы дотронулись до лица Джефа, и он сразу, без перехода, перешел в состояние бодрствования.
В хижине было абсолютно темно, и только сполохи неясного света обозначали отверстие в крыше.
- Лала… - позвал Джеф и вдохнул запах ее рук, прижав их к своему лицу. Это был букет лекарственных трав, медовых плодов, речных водорослей и рыбы.
- Вставай, - прозвучал в темноте голос девушки.
- Мы куда-то пойдем? - спросил Джеф, садясь на своем топчане.
- Да, нас ждет Аюпа.
- Кто такой Аюпа? - спросил Джеф.
- Не бойся, он не причинит тебе вреда, - Сейчас голос Лалы звучал более приветливо, чем днем. Это Джеф сразу заметил.
- Я не боюсь. Пойдем к Аюпе.
Рука Лалы сжала запястье Мэнсона и потянула в темноту. Джеф покорно последовал за девушкой, и они вместе вышли из хижины. Ночь осветилась ярким костром, горевшим в центре деревни. Вокруг костра сидели местные жители. Они оживленно разговаривали и обсуждали какие-то новые приобретения, лежавшие на расстеленном у костра коврике. Джефу показалось, что некоторые предметы ему знакомы.
Лала не отпускала руку Мэнсона и вела его все дальше, прочь от яркого костра и от людей. Он уже стал рисовать себе смелые картины, когда девушка остановилась возле хижины и, отодвинув циновку, втолкнула Джефа внутрь.
В глаза ударил свет, и Мэнсон прикрыл лицо ладонью.
- Проходи, садись, злой человек, - послышался из темного угла голос хозяина, - Сейчас твои глаза привыкнут…
Рассмотрев в хижине некое подобие стула, Джеф сел и огляделся.
