Затаившийся полностью

– Он не причинил мне боли, – сказала она пухленькому, лысому психологу. – Отчасти это был и мой грех.

Несмотря на это, мы решаем нанести Койлу визит.

Час спустя мы приезжаем по адресу. Зрение у Монтроуза острее, чем у меня. Он тут же замечает нужную дорожку. Она слишком узка, чтобы по ней могла проехать фура, и прикрыта сверху ветвями кленов и канадских елей.

– Извращенец живет здесь, – объявляет Монтроуз.

– И ты нашел его без GPS, – замечаю я.

Он пожимает плечами:

– GPS для слабаков.

Из переносного дома, стоящего в конце длинной, покрытой колдобинами подъездной дорожки, выходит мужчина в майке и заляпанных краской джинсах. Из-под майки выбиваются седые волосы, растущие у него на груди. Такие длинные, что, кажется, их можно заплести в косичку.

Мы паркуемся, и Джим Койл немедленно подходит к окну у водительского места, смеряя нас недружелюбным взглядом.

– Видели знак «Проход запрещен»?

Его лицо покраснело от солнца. Карие глаза такие темные, что почти невозможно отличить зрачок от радужки. Он не улыбается. Кажется, он вообще никогда в жизни не улыбался. В уголках его губ нет ни одной морщинки.

Монтроуз открывает дверь, и Койлу приходится отступить; я тоже выхожу из машины. Монтроуз представляется, и становится ясно, что Койл привык к незваным гостям.

– Я знаю, зачем вы здесь, – говорит он.

– В самом деле? – спрашивает Монтроуз.

Койл складывает руки на груди, и клок седых волос поднимается почти до самого подбородка.

– Давным-давно я совершил ошибку, – говорит он. – Познакомился с девкой, которая меня подставила.

– Вы угрожали ей оружием, – говорю я.

– Да, в этом я признался. Но в остальном сучка солгала и сама же созналась в этом, когда решила попросить у меня прощения. Названивала мне. Не давала покоя. Говорила, что ей жаль. Что мне проку с этого? Судье все равно. Судимость никуда не делась. Я теперь насильник, поэтому вы и приехали. Проклятье.

Из дома выбегает тявкающий померанский шпиц, одна из наиболее неприятных мне пород собак, и Джим подхватывает его на руки.

– Где вы были вчера? – спрашиваю я.

– Отвозил груз в Лонгвью. Вернулся только утром.

Монтроуз оглядывается по сторонам:

– Где ваш грузовик?

Койл сажает собаку на левое плечо:

– Оставил в Чехалисе. Тормоза слегка заедают.

– Ох уж эти тормоза, – говорит Монтроуз.

Я искоса поглядываю на него. Он все время обещает мне, что перестанет демонстрировать свою неприязнь к подозреваемым с криминальным прошлым, но пока этого так и не произошло. За спиной у Койла я вижу пикап красного цвета. На бампере сзади застряло немного тростника.

Если удастся взять образец, его можно будет сравнить с тростником, растущим у «осьминожьей дыры», где нашли тело Софи.

– Я не обязан ничего больше вам рассказывать. У меня нет адвоката, но я его найду. Обязательно найду. Разговор окончен.

– Идем, – говорю я Монтроузу.

Мужчина без улыбки возвращается в свой дом, а мы с Монтроузом садимся обратно в машину.

– Что это на тебя нашло? – спрашивает он.

– Нам нужно вернуться сюда с ордером на обыск.

– Ты смотрела ему за спину. Увидела что-то полезное?

– Его «Форд», – говорю я. – Совпадает кое с чем, что я видела на «Фейсбуке».

Монтроуз смотрит на меня и трясет головой. Я знаю этот взгляд. Прекрасно знаю. Остается только ждать. Три. Два. Один. Тирада.

– «Фейсбук»? Серьезно? Ты используешь эту помойку для самовлюбленных кретинов в расследовании? Да что не так с твоим поколением?

– Все будет так, когда твое поколение вымрет, – огрызаюсь я в ответ.

Он молчит, пока мы не выезжаем обратно на магистраль.

– Ладно, обмен любезностями окончен, теперь расскажи про пикап, который ты видела на «Фейсбуке».

Я смущенно улыбаюсь:

– Своими глазами я его не видела. Просто листала вчера вечером криминальную хронику округа Мейсон и увидела чей-то пост про то, что перед исчезновением Софи на дороге у Канал-вью стоял красный пикап. Внутри никого не было. Автор поста вспомнил про это, когда прочел, что похититель, по словам Адама Уорнера, мог утащить его жену наверх, на дорогу за коттеджами.

– Я знаю это, Ли.

– А вот чего ты не знаешь. Я заметила на бампере пикапа тростник, похожий на тот, который растет на берегу, где нашли Софи.

Теперь он смотрит на меня искоса:

– Ты теперь профессиональный ботаник?

– Сейчас у нас две задачи, и нужно выполнить их как можно скорее, – говорю я.

– Хорошо. Выкладывай.

– Во-первых, нужно узнать, действительно ли Койл вчера уезжал и во сколько. Во-вторых, поговорить с пользователем, который видел пикап. Потом вернуться с ордером. Если Софи была в пикапе, нам нужно будет это доказать.

Мы тормозим в месте, откуда открывается прекрасный вид на Худ-Канал. Темная вода словно бы отливает цветом индиго. Дует легкий ветерок, и волны с пенными гребешками разбиваются о валуны, окаймляющие берег. Здесь плохо ловит сотовая связь, но мне все же удается найти имя пользователя. Я прошу дежурную часть отыскать нужный адрес. Монтроуз меж тем звонит в транспортную компанию. Его заставляют томиться в ожидании.

– Хорошо, – говорит он наконец. – Вы уверены?

Он кладет трубку.

– Койла вчера не было на работе, – говорит он. – Сказал, что заболел.