– Привет, зануда, – ответил он хрипло. Девушка тут же поднесла ему стакан с водой.
– Выпей.
– Что это? Лекарство? Я не буду, я нес его тебе. Как ты? Все хорошо?
– Заткнись и пей. Это вода. Все в порядке, руки-ноги на месте, – она подержала его голову, пока он сделал несколько скудных глотков. Уложила обратно, поменяла компресс на лбу. Жар не спадал, яд делал свое ужасное дело.
– Ты выпила лекарство? Я так боялся, что ты не справишься.
– Лекарства… – она осеклась. Если скажет, что лекарства не было, он разнервничается. Этого только не хватало. – Да, я его выпила. Спасибо, что позаботился обо мне. Как дела в обители?
– Инквизитор отдал свою грязную душонку дьяволу, да простит меня Господь. Брат Дэрил и я кинулись на поиски преступников. Ничего не хочешь мне сказать?
Девушка молча встала, пошла к камину, подбросить дров. Малькольм ждал. Он уже знал, что она думает. Когда ей нужно было подумать, Марта всегда шла разжигать камин или подбрасывать дрова. Огонь ее успокаивал.
– Я убила его, Малькольм. Это была я, – сказала она, не оборачиваясь.
– Ты никогда не умела лгать, Марта.
– А что мне оставалось? Расслабиться и получать удовольствие?! – выпалила она обернувшись. Тяжелые косы сделали полный оборот и ударили ее в плечо, девушка раздраженно их смахнула. – Он заслужил смерть. Мне не стыдно.
– Это Виктор сделал, не так ли? Почему ты его покрываешь? – мужчина закашлялся, Марта поспешила к нему.
– Заткнись, не разговаривай. Как ты? Скажешь, что чудесно, я тебя убью.
– Бывало и лучше. Где красавчик Дэрил?
– Не знаю. Шлюхи сказали, забрал девчонку и уехал, – Марта с ухмылкой глянула на брата по оружию. – А говорил, не ходишь в такие места.
– О, не начинай! Я, между прочим,
– ЧТО?! Малькольм, я тебе сейчас так… – он снова закашлялся, затем застонал и выгнулся, заставив ее забыть об угрозах. – Малькольм! Господи боже, он не успеет! Солнце садится!
– Марта! – он схватил ее за руку. – Обещай! Дай слово! Прошу!
– Что? Что ты хочешь?
– Дай слово, что убьешь меня! Как только я обращусь! Убей меня! Не отдавай в руки этих тощих крыс в черных рясах.
– Нет, Малькольм, нет! Не говори так! Не проси, я не могу! Ты… ты же мой друг. Мой брат. Как я могу?! Нет! – она яростно мотала головой, повторяя слова снова и снова.
– Ты должна, Марта. Ты же знаешь, что должна, – он упал на кровать, тяжело дыша. Старался улыбаться, но боль изводила его. Девушка с трудом сдерживала слезы.
– Не мели чепухи! Я найду способ вытащить тебя. Я хоть раз подводила тебя?
– Сейчас не тот…
– Отвечай! Я подводила тебя хоть раз?! – она кричала, чтобы не дать себе заплакать.
– Нет, истеричка. Никогда, – он улыбнулся.
– Так вот, слушай меня. Я найду способ тебя вытащить. Ты не умрешь сегодня, понял меня? Только не так! Слышишь?
– Да, я не глухой. Не ори.
– Тебе нужен отдых. Спи, – девушка поменяла компресс. – Я не дам тебе умереть. Не в этот раз.
Дождавшись, пока его дыхание выровняется, Марта вышла за дверь.
– Лаура! – позвала она. Восточная красотка выглянула из соседней двери. – Следи, чтобы к нему никто не входил. Поняла меня?
– Да, госпожа, – она замялась, затем спросила, – как он?
– Держится. Мы не дадим ему умереть. Я не дам, – яростно стерев с лица предательские слезы, она побежала наверх.
Чиро встал, улыбнувшись, но увидев ее слезы, сразу стал серьезным.
– Где он? – спросила Марта.
– О ком вы, мадемуазель?
– О твоем отце! Где он?! Он мне нужен!
Из тесной комнаты дальше по коридору высунулась лохматая голова еще одной «труженицы» этого заведения.
– Потише можно? Я тут поспать пытаюсь, – проворчала женщина.
– Закрой рот и скройся, пока я тебя не усыпила навечно! – Марта обернулась, держа кинжал в руке. Проститутка тут же испуганно захлопнула дверь. Чиро примирительно поднял руки.
– Мадемуазель, оружием вы ничего не решите.
– Да? А вот сейчас мы это проверим, – она направила клинок на юношу. – Веди меня.
Он посмотрел на нее, на кинжал, снова на нее. Покачал головой и отдернул занавеску.
– Добро пожаловать, мадемуазель.
– Ага, – бросила она, врываясь в темноту. Свечи зажглись не сразу, но она и так видела, где оказалась. Это место было ей знакомо. Марта часто видела его в своих видениях, что изводили ее в последние годы. Она знала, куда нужно идти. Держа Клинок Судьбы наготове, она побежала. Звук ее шагов по полу эхом прокатился по всему дому, но ей было плевать.
