Затерянное племя ситхов полностью

– Я перевернула его, чтобы посмотреть на его лицо. А потом тело смыло волной.

Корсин был с нее ростом, но Адари съежилась, и сейчас он казался выше.

– Ты видела это и все же привела Нештовар, чтобы спасти нас.

Адари застыла, не в силах выдавить ни слова. Она смотрела на скалы – одинаковые и сверху и снизу. Корсин снова потянулся к ней… и отступил. Его голос смягчился:

– Твой народ собирался тебя убить, они считали тебя угрозой. Ты и правда была так опасна?

Как он узнал? Адари бросила быстрый взгляд на Корсина. Сейчас он был совсем не похож на Жари.

– Я думаю, они ошибались. – Корсин улыбнулся и взял ее за руку. – Мы привыкли к таким вещам. Этот человек, которого ты видела, – он был опасен для нас.

– Но он же был твоим братом.

Корсин сдавил ее руку. А потом отпустил.

– Ты хорошо умеешь слушать. – Он выпрямился. Слушать Адари и в самом деле умела. – Да, он был моим братом. Но он был опасен, а мы и без того оказались в отчаянной ситуации. – Корсин заглянул ей в глаза. – И я думаю, ты меня понимаешь. Тот же океан лишил и тебя кое-кого, верно?

Адари открыла рот. Как? Жари умер в океане, но Нештовар никогда не рассказали бы об этом Корсину.

О падениях не говорили, это было табу. Падение – это страшная кара Иных. Да никто и не видел, что случилось, кроме Нинка и всевидящих Детей Небес.

Корсин или читал мысли, или действительно сказал правду о себе в Круге Вечности.

Адари с трудом выдавила:

– Это… это не то же самое. Ты столкнул этого человека. Я ничего не сделала, чтобы погиб мой…

– Конечно нет. Несчастья случаются. Но его смерть не сильно тебя расстроила. Я вижу это, Адари. Он был бы опасен для тебя – для той, кем ты становишься. – Корсин поднял густые брови. – Ты рада, что его нет.

Адари закрыла глаза. Положив руку ей на плечо, Корсин развернул женщину к солнцу.

– Все в порядке, Адари. Ситхи не видят в этом ничего постыдного. Ты никогда не стала бы тем, кто ты есть, будь он рядом. Он мешал тебе, твоему росту. И ты никогда не станешь тем, кем ты можешь стать сейчас, если рядом будет Изри Даж. Он мешает тебе.

Услышав имя старейшины, Адари открыла глаза. Солнечный свет ослепил ее, но Корсин не позволил ей отвернуться.

– Ты боялась нас, – продолжал он. – И испугалась еще больше, когда увидела тело. Ты знала, что мы умрем на горе, если ты не вернешься. Но так или иначе, ты привела Нештовар, потому что думала, что мы поможем тебе разобраться с ними.

Он отпустил ее. Адари несколько мгновений бездумно моргала, глядя на солнце, прежде чем наконец отвернуться. Позади раздался голос Корсина – он говорил мягко, успокаивающе, как тогда, когда она впервые услышала его в ветре:

– Помоги нам с кешири не только ради нас, Адари. Ты узнаешь столько о своем мире, сколько и представить себе не могла. – Он перевернул камень в ее руке. – Я не знаю, как долго мы пробудем здесь, но обещаю – ты узнаешь больше, чем могла бы узнать за всю свою жизнь. Больше, чем знает кто-либо из кешири.

Адари вздрогнула:

– Что… что тебе…

– Почти ничего. Забудь о том, что ты видела в тот день.

Корсин выполнил обещание. В первый же месяц Адари узнала от Детей Небес о своем мире больше, чем за все предыдущие годы. И еще кое-что она смогла узнать и о них самих: кто они, откуда пришли. Адари была прилежной ученицей. Благодаря простым вещам мы познаем мир.

Ситхи Корсина казались богами, как бы Адари ни сомневалась в их божественности. Но они точно не были богами из легенд кешири. Их возможности потрясали, и, разумеется, они вполне могли жить на звездах, но песка в их крови не было. И они были далеки от совершенства. Они ссорились. Они завидовали. Они убивали.

Ситхи могли читать мысли. Корсин использовал именно эту силу, когда звал ее на помощь. Но всеведением они не обладали. Она выяснила это, проведя простой опыт над Равиланом. Адари расхвалила ему большую таверну, располагающуюся в глубине одного из самых оживленных и запутанных кварталов Тава. Пытаясь отыскать таверну, Равилан заблудился так же, как почти всегда терялась в лабиринте запутанных улочек она сама. Проницательность ситхов поражала, но они знали далеко не все, особенно когда речь шла о точных сведениях.

Источником этих сведений и была Адари, посещавшая вместе с Корсином многочисленные рабочие площадки, где большей частью работали веселые, но не слишком знающие кеширские работяги. Дети Небес были совершенны для кешири. И достаточно совершенны для нее. Яру Корсин был настолько же умнее Жари, насколько она была умнее скал, и с тех пор, как Адари научилась не обращать внимания на взгляды Сиелы, она чувствовала себя с чужаками вполне комфортно. А ее жажда знаний росла.

Она узнавала все больше и больше, а Изри все больше и больше благоговел перед чужаками. Впрочем, ей ничего с его благоговения не перепадало, кроме редких, плохо завуалированных насмешек. Но никакого дела до мелкого человечишки, возомнившего себя кем-то великим, ей не было. Адари Вааль останется навсегда в истории кешири как Спасительница – первая, кто встретил на Кеше Детей Небес. А Изри – Изри никто не запомнит.