Затерянное племя ситхов полностью

Адари перевела взгляд на дворец, величественной громадой поднимающийся за его спиной:

– Многовато усилий лишь для того, чтобы поселиться по соседству со мной. – Она натянуто улыбнулась.

– Завтра меня не будет. Сюда перевозят медцентр Сиелы. Я должен там оглядеться, прежде чем спускать все вниз. Это не займет больше одного дня.

Выслушав, Адари коснулась его руки:

– Мне пора.

Она шагнула назад, и Корсин повернулся к дочери. Та стояла на другой стороне двора, наблюдая за нарочито торжественным отлетом Мечников Джериада.

А Тона в то же время наблюдал за ней.

– Твоему сыну, Адари, надо быть осторожнее. Он много времени проводит с Нидой. – Корсин самодовольно ухмыльнулся. – Очарование Корсинов крепко удерживает возле нас семью Вааль.

– Но не сегодня, верховный повелитель. – Адари указала на походящего к ним Тону. – Тона пойдет со мной. Семейные дела.

– Понимаю. – Глядя вслед удаляющемуся на север Джериаду, Корсин пожелал себе поменьше семейных дел.

Много лет назад Изри Даж заклеймил ее как отступницу, оскверняющую легенды о создании Кеша и Детях Небес – высоких богах этого мира.

Даж давно мертв. Сейчас, в едва освещенной пламенем свечей гостиной Дажа, сидят напротив Адари его сыновья и внуки. Где заговорщики только не собирались в течение всех этих лет – от тоннелей под водопроводом до задворок увакских стойл Тоны, перемещенных недавно в Тав. Но в такой роскоши – по меркам старого, доситхского мира – встреча проходила впервые. В доме, где некогда останавливался сам верховный повелитель Корсин, Нештовар и осквернительница их веры решали судьбу кеширского народа.

– У нас получится, – твердо заявила Адари. – Если то, что вы рассказали мне про уваков, – правда, если ваши люди все сделают правильно… У нас получится.

– Это лучшее, что можно придумать. – Голос у самого старшего из мужчин был низкий и грубый. – Мы идем на большие жертвы.

– Вы уже многим пожертвовали. Это единственный шанс.

Адари была уверена, что не проиграет, вовлекая в свой заговор Нештовар. Пока старейшины помнили, что принесли им ситхи; пока помнили старый уклад и то, сколько бед посыпалось на Нештовар с приходом новоявленных богов, бывшие правители Кеша готовы были бороться вместе с Адари.

Адари задумалась об уваках не так давно. Ситхи были сильны. Даже один из них мог справиться со множеством кешири, может быть, даже с целым селением. Но до селения прежде надо добраться. А Кеш огромен.

Количество ситхов увеличилось почти вдвое с тех пор, как они прибыли. Сейчас их около шести сотен. Но деревень и городов на Кеше гораздо больше. Ситхам для поддержания порядка необходим личный контроль. А быстро перемещаться можно только одним способом – оседлав увака. Именно с помощью ящеров наездники в свое время объединили континент, легко преодолев по воздуху непроходимые природные препятствия. Ситхи использовали ту же схему управления, посылая уже собственных наездников-гонцов к местным главам, большинство из которых были из Нештовар. Гонцы передавали приказы и контролировали исполнение воли ситхов.

И Нештовар оказались безнадежно привязаны к своей земле, уступив власть над ней ситхам. Ситхи забрали себе лучших уваков, но у кешири оставались еще тысячи одомашненных ящеров. Большинство из них использовали на тяжелых работах, и Нештовар разрешалось также летать на уваках в горную крепость ситхов, если возникнет такая необходимость.

После катастрофы на озерах это прекратилось. Наездники традиционно разносили по континенту новости, но ситхи решили оставить такую возможность только себе. В итоге бывшие наездники – те из них, кто не работал в полицейских отрядах, – занимались выращиванием и дрессировкой уваков, которых им никогда не позволят оседлать. Их уваки еще в материнских утробах являлись собственностью ситхов. Единственным исключением стала Адари – ей позволили оставить Нинка, чтобы она могла навещать Корсина.

– Корсин завтра улетит в горный храм, – сообщила она. – Сиела уже там, а Джериад отправился на север.

Нештовар кивнули друг другу.

– Отлично, – пророкотал старший. – У нас достаточно людей, если ваши расчеты верны.

– Они верны.

В число заговорщиков входило много кешири, приближенных к ситхской элите: Тильден Каа был личным слугой Сиелы, среди прислужников Корсина и Джериада также были ее люди, а Тона, ее сын, следил за полетами Ниды и Небесных Всадников.

– Завтра, в полдень. Все получится.

Она думала о Корсине, сворачивая в освещенный факелами проулок за домом. В храм он собирается, вероятно, по просьбе Сиелы. Но он не полетит один, как бы незначительна, на его взгляд, ни была проблема. Она перепроверила цифры, написанные на руке. Для завершения дела в Таве достаточно даже работников загонов.

Из темноты вынырнул Тона:

– Я заждался.

– Прости. – Адари взглянула вверх. – Они захотели все перепроверить.

Тона вошел в круг красноватого света факелов. Он недовольно хмурился. Адари всегда казалось, что ее сыновья пошли в отца. Но сейчас Тона стал очень похож на нее.

– Я должен быть рядом с тобой, мама. Я из рода Нештовар.