Затерянное племя ситхов полностью

Наши люди и кешири уже считали, что этот континент – единственный среди гигантского моря. Целью нашего народа стало взять под контроль материк Кешта. Но то лишь Малая Кешта. Эта карта показывает Большую Кешту – земли, превосходящие наши и находящиеся далеко за пределами полета любого увака! И густонаселенные!

Да, там есть люди. Должны быть. Там есть города, целая цивилизация. Люди такие же, как кешири, но, возможно, более развитые и, возможно, не испытывающие страха перед Детьми Небес. Они могут присоединиться к нам или стать нашими врагами.

Годами я тайно снабжал карту примечаниями – то, что понял, пока еще мог смотреть запись. Это и в самом деле новый мир. Я сделал все, что смог, и мои верные кешири запечатывают карты перед нашим отъездом в Тав.

Но тебе – или твоим потомкам – может однажды потребоваться цель, которая объединит весь наш народ. Знание, что я оставляю здесь, – истинная власть. Жадность подвигает ситхов на великие свершения. Теперь снова есть куда стремиться и чего можно достичь при мудром руководстве…

После того как он закончил читать, вновь наступила тишина. Хилтс посмотрел на слова тапани, на огромную новую карту, окружавшую текст, и выдохнул. Почувствовав легкое неудобство, он нащупал выпуклость во внутреннем кармане и вынул стеклянный сосуд.

– Мм… У меня еще есть письмо его матери.

Бентадо, мирно стоящий рядом с Илианой перед новой картой, обернулся к Хилтсу:

– Он мог оставить такие же надписи где угодно. Есть учебники этого языка?

– Были. Пока ваши люди не уничтожили мой архив. – Хилтс переступил с ноги на ногу. – Теперь я единственный, кто его знает. – Услышав собственные слова, Хилтс выпрямился. Теперь я единственный, кто его знает!

– Это… невообразимо, – произнесла Илиана. – Почему Корсин никому не рассказал?

– Ему и так надо было завоевать целый континент, – ответил Хилтс. – И его вражда с Сиелой и Джериадом была слишком личной – для них это ничего не изменило бы. – Он обвел взглядом собравшихся соперников. – Но это многое изменит для нас. Если вы хотите, чтобы ситхи действовали сообща, – дайте им врага.

Воспользовавшись затишьем, Хилтс развернул письмо Такары Корсин. Он читал о судьбе тапани – рабов, прозябающих на землях ситхов; и он читал об их будущем – том, в котором они правили своим собственным миром. И другим. И еще одним. «Если ты поведешь за собой людей, у них всегда будет к чему стремиться».

Эделл выглядел ошеломленным:

– Как мы этого добьемся?

Каждый присутствующий понимал, о чем идет речь. Местная древесина была либо слишком тяжела, чтобы плавать, либо слишком хрупка, чтобы нести вес.

– Это будет наше величайшее свершение, – ответил Хилтс. – Но мы никогда не добьемся этого, если все будет продолжаться так же, как было. Нам нужен каждый. – Он кивнул уродливой Нире. – Каждый. Это потребует порядка и дисциплины. – Хилтс помолчал. – Как в былые времена.

Внезапно Эделл опустил свое оружие:

– Мы вновь вернем старые порядки. – Он шагнул к Хилтсу и опустился на колени. – Ты – хранитель. Ты один понимаешь старый язык, и ты знаешь о былых временах больше, чем кто-либо еще. Ты поведешь наш народ.

Хилтс изумленно уставился на коленопреклоненного молодого человека. Люди Эделла из «Золотой судьбы» также поклонились. Корсин Бентадо, стоявший в стороне, помолчал и наконец, кивнув, опустился на колени:

– Ты вернешь нашу веру в Корсина.

Даже Нира последовала его примеру.

– Когда выхода, казалось бы, не было, – сказала она, – ты нашел путь достаточно широкий для всех. Только тебе я верю.

Вскоре стоять осталась одна Илиана, с изумлением разглядывая своих противников, преклонивших колени перед потрясенным смотрителем музея.

– Приветствуем Варнера Хилтса – нового верховного повелителя!

Когда-то Хилтс дал минувшей эпохе имя. Сейчас, когда Век разложения закончился, он решил дать имя и наступившему.

Реконструкция Хилтса. Ему нравилось, как это звучит.