- А как же нет? Эти девчонки нам навстречу бежали со всех ног, чтобы доложить о том, что сюда идут онды! Они сами нам сдались, без сопротивления, без единого слова, лишь бы донести весть поскорее! А всю дорогу Эрис только и делала, что усмиряла ветра, чтобы мы как можно быстрее добрались сюда. Неужели ты думаешь, что они настолько глупы, чтобы с такой скоростью бежать в лагерь лишь затем, чтобы получить розог?
- Вполне возможно, что вся эта история – выдумка, – пожала плечами Ларта. – Очередная побасенка, чтобы перепугать нас всех и избежать наказания. А ты купилась на нее только потому, что когда-то учила этих шлюх летать и махать мечами. А может, и вообще вступила с ними в сговор.
- Ты не имеешь права оскорблять меня, царица! – Ута нагнула голову, и рука ее конвульсивно дернулась в сторону висящего на поясе долора. – Я всегда верой и правдой служила клану, и в этом никто не усомнится!
Толпа за спинами Найрин загудела, но Ларта лишь хмуро оглядела Уту, вздернув бровь.
- Пока еще судят здесь не тебя, а их. Пока еще. – Ута нахмурилась еще больше, а Ларта повернулась к Способной Слышать. – Даже если сюда и идут онды, это значит лишь то, что они планируют примкнуть к армии кортов и ударить по нам вместе. Я никогда в жизни не слышала ни о каком Неназываемом, или как его там, а вот с кортами сражалась едва ли не с детства и знаю, насколько они жестоки и коварны. Да и вы все это прекрасно знаете. Они запросто могли обмануть этих дурочек и заставить их поверить в свои слова, а потом прислать их сюда, чтобы сбить нас с толку. И окружить потихоньку, пока мы тут будем готовиться к обороне. И вот когда это случится, Старейшая, я обязательно уведомлю тебя об их появлении. А пока позволь мне уже закончить этот балаган и выдвигаться в путь.
- Мы еще обсудим это, – с угрозой в голосе пообещала Ахар.
- Обсуждай, сколько тебе вздумается, а я буду дело делать. – Ларта вновь повернулась к Эрис и прищурилась: – Итак, ты ни о чем не жалеешь и считаешь все свои поступки верными?
- Да, – кивнула Эрис.
- Ну что ж, шанс у тебя был, и не один, – Ларта бросила косой взгляд на Тиену, потом проговорила: – Найрин дель Каэрос, Боевая Целительница.
Стараясь подавить клокочущий в груди гнев, Найрин выпрямилась и расправила плечи. Она не будет стоять здесь с таким видом, будто в чем-то виновата. С ней была правда, с ней была Роксана, и ей ничего не нужно было доказывать этой сошедшей с ума женщине.
Колючий взгляд Ларты обежал ее с головы до ног.
- Учитывая твое происхождение, не думаю, что нам стоит долго что-либо обсуждать, – выдавила она сквозь зубы, и Найрин дернулась от ненависти. – Но все-таки я должна соблюсти правила и спросить: ты не жалеешь о принятом решении поддержать Лэйк?
- Я жалею лишь о том, что ты до сих пор остаешься царицей моего народа, – проговорила Найрин, глядя ей в глаза.
Сзади послышался громкий гул голосов, а глаза Ларты еще больше сузились.
- Здесь все ясно. Коли мани была шлюхой, то и дочь недалеко пойдет.
- Ты переходишь все границы, Ларта! – Мани-Наставница вскочила со своего кресла, и Найрин вдруг ощутила себя маленькой девочкой, вновь плачущей у нее на груди, потому что другие девочки дразнили ее неверной. Благослови тебя Роксана, светлая женщина, мани моя! Глаза Мари горели яростью. – Оскорбляя других, вспомни о том, кто твоя дочь! А потом уже говори!
У Найрин дух перехватило. Неужели же Ларта настолько уже довела Мани-Наставницу, что та рискует шантажировать ее кровью сальвага в жилах Торн? Ларта шумно выдохнула, ее правый глаз ощутимо дернулся.
- Я отказываюсь от дочери, которая дезертировала и спелась с врагом! И мне хватает веры на то, чтобы не защищать ее именем Роксаны. Чего нельзя сказать о тебе.
- Ты еще пожалеешь о сказанном, царица, – сипло, срывающимся голосом пообещала Мари. – Однажды придет день, и ты пожалеешь обо всем, что сейчас наделала!
- Боюсь, ты пожалеешь гораздо раньше! – огрызнулась Ларта. – Мне уже обрыдло ваше поведение и тупое нежелание следовать разумным приказам! Так называемый Совет клана давным-давно прогнил, а сами вы только и делаете, что пособничаете нашим врагам!
- Ларта, мы на суд собрались, а не на выяснение отношений, – Тиена смотрела на нее, тяжело и не мигая, и Найрин видела, как вздулись жилы на ее руках, как побелели костяшки на непроизвольно сжатых кулаках.
- Ага, – кивнула Ларта, с угрозой глядя на нее. – Вот и не мешайте мне судить. – Повернувшись к ним, она возвысила голос. – Ну и кто там следующий? Кажется, Саира дель Лаэрт. – Саира резко вздернула подбородок, глядя на нее из-под ресниц с таким презрением, словно царицей здесь была она, а не Ларта. – А ты чего к ним привязалась? Дочери Воды же так кичатся своей верностью Богиням. Чего же тогда с кортами-то задружилась?
- А я вообще не понимаю, с какой стати меня судишь ты, царица Каэрос, – пожала плечами Саира, и в голосе ее звучал яд. – И отчитываться перед тобой ни в одном своем действии не собираюсь. Вот приведи сюда Амалу дель Лаэрт, тогда и поговорим.
