Крылья с силой захлопали по мокрому воздуху, и Саира улыбнулась. Сейчас эти тучи были ей на руку: вода крыльев скользила по воде туч как по маслу, и никакого трения воздуха, какое возникало обычно, не было, а потому и двигалась она быстрее. Мощно выталкивая себя вперед, Саира сжалась в стрелу, стремясь вверх и заставляя себя не смотреть по сторонам. Чем быстрее она будет двигаться, тем быстрее покинет опасную зону с низкой видимостью.
Свет вверху становился все ярче и ярче. Сначала мутно-белым, потом все больше золотым. Она едва не задохнулась, проскальзывая сквозь тонкое белое, состоящее из крохотных острых льдинок, облако, и вырвалась вверх, выше облаков. Ослепительное солнце ударило прямо по глазам, лишая ее зрения.
Саира сразу же дернулась в бок и полетела по большой косой дуге, постоянно меняя направление, чтобы дать возможность глазам привыкнуть к свету и не попасть под вражескую молнию. Но вокруг все было спокойно, и пока что никто не пытался сбить ее на землю. Как только глаза смогли хоть немного видеть, Саира заморгала, крутя головой по сторонам.
Над головой расстилалось бескрайнее голубое небо, такое высокое и холодное, что дна у него просто не было. Золотое солнце висело в нем низко, разбрасывая во все стороны длинные лучи-копья, которые нещадно резали ей глаза. В воздухе помимо нее, метрах в трехстах к северу болталось несколько стахов, которые точно так же, как и она, только что вынырнули из облака и пытались привыкнуть к освещению, вот только у всех у них в руках были копья, а это означало, что они не ведуны. Так что это давало Саире несколько секунд на то, чтобы оглядеться.
Она взглянула вниз, под собственные ноги, и едва не охнула. Всю землю укрывали облака, толстый слой серо-черных туч, которые до этого клубились в небе над армией, и Саире даже знать не хотелось, что случилось, и каким образом они обрушились вниз. К югу от нее эти тучи ощутимо кипели, оттуда вырывались пучки молний и огненные всполохи, кое-где мелькали серебряные точки крыльев. Там, судя по всему, шло сражение. Саира повернулась на север, глядя на то, как черные валы туч медленно и неспешно проваливаются в гигантскую расщелину в земле. Это было бы даже красиво, если бы там не умирали ее сестры.
Стахи вдали заметили ее, прожестикулировали что-то друг другу и бросились в ее сторону. Саира прекрасно понимала, что сил на то, чтобы справиться с ними тремя у нее уж точно не было, а потому дернулась вниз, чтобы нырнуть в облака, но тут ее взгляд привлекло какое-то движение в небе на юге. На самом горизонте мелькнула маленькая золотая искорка, поймав и отразив солнечный луч.
Саира прищурилась, глядя туда, и быстро полетела навстречу искорке, чтобы держаться на приличном расстоянии от погнавшихся за ней стахов. Она вглядывалась до тех пор, пока по щекам от яркого света не полились слезы. И поняла, что смеется, захохотала во всю глотку, едва не хватаясь за живот. Содрогаясь от хохота, Саира рассеяно подумала: Нервное. Старею.
А солнце уже вовсю сверкало на наконечниках копий вельдов, которые, низко пригнувшись к спинам макто, гнали их на север, чтобы присоединиться к битве. Мелкий задиристый царевич все-таки сдержал свое слово и сделал, как обещал, и от этого Саире хотелось плакать и смеяться одновременно.
Небо падало на землю, небо стремительно рушилось вниз в грохоте молний, в какофонии рева боевых труб, криков анай и стахов, взрывов и звоне стали. А Тиена падала вниз еще быстрее, быстрее ветра, быстрее выпущенных из луков стрел и срывающихся с небес молний.
Она должна была быть быстрее времени, чтобы успеть спасти Эрис.
Время вокруг нее словно застыло, став вязким и тягучим, и ей казалось, что она двигается слишком медленно, чересчур медленно, что она никак не успеет. Она видела, как могучий порыв ветра ударил Эрис в грудь, и как она медленно летит назад, в сторону хрустального моста. Она знала, что зацепиться за этот мост Эрис не сможет, еще до того, как руки ее крылышка лишь бесполезно царапнули гладкое полотно льда. И в последней секунде света она успела увидеть, как голова Эрис откинулась, а тело ее подбросило от удара, и она начала падать в черную бездну разлома, который создали эльфы, дно которого было так далеко, что увидеть его не могли даже Способные Слышать.
И теперь каждая секунда стоила целую жизнь.
Тиена собрала все свои силы, до самой последней капли. Она больше не думала ни о чем: ни о битве, ни о своих дочерях, ни о стахах, лишь о своей девочке, которую от смерти отделяли всего несколько секунд стремительного падения в черноту без света. А еще — собственные крылья Тиены, которые сейчас били по воздуху так, как не били никогда.
