- Зашибись, они еще и троллить умеют...
Я как следует промыл мясо кролика на улице под краном, прежде чем нести его домой. Но все равно своим появление вызывал жуткую ругань жены и угрозы прибить меня за то, что заляпал полы. Чтобы у нее не было возможности привести угрозу в исполнение, отправился на улицу, собирать камни. Но, как оказалось, это уже сделал Дима и сидел в беседке, ждал меня. Качели, слава Богу, во время наших с кроликом разборок не пострадали.
- Ну, что там? - спросил я, присаживаясь рядом.
- С каждого. Четыре зеленых, один красный, один желтый и один оранжевый.
- Последний - твой.
- Ожидаемо. - Дима покачал головой. - И хочется, и колется. Настя, вон, пострадала из-за этого. А Ленка вообще беременна. Страшновато...
- Ну, у меня есть для тебя решение. Оставляем девчонкам по зеленому, ты берешь оранжевый и зеленый, а я три оставшиеся, чтобы окончательно поправить здоровье. И идем работать - бетономешалка сама себя не покрутит. Ты только броню сними да прям тут скинь - потом соберем.
- Согласен.
За несколько часов мы полностью залили бетоном заднюю стенку забора и даже успели выкопать траншеи под обоими боковыми стенками забора, прежде чем пришла пора идти, приводить себя в порядок и отдыхать. Вечером мы были голодны, как звери. Весь этот здоровый, как нам казалось, кроличий окорочок был съеден в тот же вечер. И не он один. Мы с Димой изрядно подточили запасы еды, никак не могли наесться. А когда на следующий день мы собрались и вышли встречать новую партию "гостей" - никто не явился. Мы прождали час, обошли все вдоль границы, обшарили каждый сантиметр нашего острова посреди тумана - но врагов не было. И мы вернулись к работе, стараясь изо всех сил. За четыре дня мы залили бетон под все стороны забора, предварительно укрепив его арматурой. Теперь можно было быть спокойным относительно безопасности нашего убежища. Еда и электричество оставались проблемой, но мы потихоньку приучались жить без второго и надеялись на скоро пополнение первого, постоянно поливая все наши посадки и пропалывая их от сорняков. И результат должен был быть - созревание явно шло быстрее, чем планировалось. Настя даже собрала несколько ягод клубники, которые при такой температуре и освещении зрели довольно быстро. Но вся эта идиллия вовсе не добавляла мне настроения - я чувствовал, что все происходящее не более чем передышка перед чем-то гораздо более неприятным и потому ни на секунду не переставал готовиться.
И десятый день показал, что делал я это отнюдь не зря.
Дима нашел меня, когда я, хмурый, сидел на ступеньках бытовки и стачивал напильником старые алюминиевые провода в миску.
- Дратути. - Улыбнулся мне Дима.
- И тебе не хворать, коль не шутишь. - угрюмо сказал я, не отвлекаясь от своего дела.
- А зачем ты делаешь... Ну, то, что делаешь?
- Надо. - ответил я и поворошил пальцем в миске алюминиевую стружку. - Эх, крупновата малость. Но делать нечего.
Я высыпал алюминиевую стружку в кастрюльку.
- А что это у тебя там?
- Бензин. Подай мне терку и мыло, будь добр, они позади тебя.
- Да, держи... Бензин!? Ты кипятишь бензин?! Совсем конченый? - Брат аж подпрыгнул. - Хочешь, чтобы мы тут на воздух взлетели?
- Нет, я не кипячу бензин. Там кастрюлька в кастрюльке. Кипячу я воду. А бензин просто греется на водяной бане. - сказал я, натирая мыло на мелкой терке прямо в кастрюлю.
- А это еще зачем? Ты можешь объяснить?
- Нет, спички детям - не игрушка. Помрешь. Подай вон ту свечу, витую такую. Ага, спасибо.
- Ты от ответа не уходи. Ты что делаешь?
- Готовлюсь. - я приложился к бутылке пива, а затем передал ее брату. - Не в службу, а в дружбу - можешь сполоснуть?
- Хорошо... но я еще вернусь.
Я вздохнул и начал тереть свечу. Брат вернулся и передал мне бутылку со словами:
- Саш, если ты думаешь, что мы все нормально воспринимаем твое состояние, то ты в корне не прав. Мы волнуемся. Ты сам на себя не похож. Что произошло? С Настей поругались?
- Да нет, помирились. И ничего не произошло. Только произойдет. И то, что произойдет, нам не понравится, жопой чую.
- А я и не знал, что у тебя такая чувствительная жопа. Это где ты так ее натренировал? Когда в Тай ездил?
- Ха-ха. - мрачно отозвался я и выключил огонь на походной печке под кастрюлей. - Подай мне воронку и марлю лучше.
- Держи. И, братец, бухать в одну каску - это признак дурного воспитания. Ну и алкоголизма еще, куда ж без него.
- Ага, четыре за последние пару часов. И я трезв. Просто отвратительно трезв. Попробуй как-нибудь - пиво тебя больше не возьмет, гарантирую.
- Так вот чего ты такой хмурый. Алкашка больше не работает. А я-то переживал, выдумывал себе всякое-разное! А ларчик просто открывался. Так что там все-таки делаешь?
- Погоди, не говори под руку. - я закончил разливать смесь в последнюю бутылку из-под пива и заткнул ее плотно скрученной марлей. - На, держи.
- Так что это, все же?
- Напалм.
Брат дернулся и поспешил вернуть бутылку мне назад. Я поставил ее в рядок к еще семи таким же.
- Знаешь, твои загоны начинают серьезно так пугать, братик. - пробормотал Дима.
