— Как же так⁈ Их можно вставить почти в любой паз, они почти везде подходят! Сколько же времени пройдет прежде, чем мы их правильно расставим⁇ — отчаялся, наконец, Генка.
Но самое страшное было еще впереди. Неожиданно раздался страшный скрип, и стены с острыми шипами медленно начали сдвигаться.
— Ой-ой-ой! — заголосил в панике Гена.
Юркины глаза округлились от ужаса, руки нервно затряслись, кровь прилила к голове, и он еще быстрее, чем прежде, принялся переставлять щиты.
То ли нервное потрясение заставило мальчиков собраться и сделать все четко, решительно и быстро, то ли ранее они перепробовали уже все варианты, и пришло, наконец, время для верного, только на этот раз все пластины встали на свои места. Они выдохнули и с чувством выполненного долга посмотрели на ровную разноцветную поверхность на двери.
— Теперь самое трудное, — пробормотал Юрка.
— И самое невыполнимое, — добавил Гек.
Ребята начали двигать щиты в разные стороны, пытаясь подогнать синий щит к замочной скважине. Пока все их действия заканчивались тупиком, и дело приходилось начинать заново.
— Это как игра в пятнашки, — заметил Юра.
— Мне это не кажется игрой. Я пятнашки, знаешь ли, могу часами передвигать. А здесь у нас только несколько минут! А если мы не успеем, то из нас получится фарш! — пропыхтел Гена.
Таким образом прошло еще минут 10. А стены уже почти вплотную приблизились к ребятам. Между мальчиками и остриями шипов оставалось чуть больше полуметра.
— Ну, все, мы пропали! — задрожал Генка всем телом. — Сейчас нам придет конец!
— Спокойнее, — успокаивал Юра не столь друга, сколь самого себя. — Сосредоточь все внимание на головоломке.
— У меня сейчас точно сломается голова! Но только не от нее! — выкрикнул Генка. Но продолжил двигать панели.
Синий щит находился уже совсем рядом с замочной скважиной, оставался последний рывок — самый трудный. Но ребятам никак не удавалось подобрать такую комбинацию, чтобы придвинуть его туда, где ему надлежало быть. Они уже минут пять перемещали вокруг него щиты, пытаясь освободить ему проход к скважине.
А стены уже слегка покалывали ребят с двух сторон: с одной стороны Юрку, а с другой — Генку. Наконец Гена не выдержал, опустил руки и разревелся:
— Все пропало! Я умираю! Прощай, Юрка! Ты был мне хорошим другом!
Но Юра не хотел его слушать. Он упрямо не желал расставаться с надеждой, — с последним, что оставалось у него. Мальчик трясся всем телом, был красный, как рак, пот струился у него по спине, но он упорно продолжал работать руками.
Оба друга были на грани нервного срыва, сходили с ума от отчаяния, когда, вдруг, их взору неожиданно предстал освободившийся для синей пластины проход. Юрка подтолкнул его и установил в нужный паз. Клинообразный выступ на щите вошел аккурат в треугольный проем в двери и щелкнул.
— Что теперь⁈ — орал Генка. — Давай думай быстрей! А то надвигающаяся стена сейчас заслонит собой весь щит!
— Как я могу думать, когда ты постоянно орешь⁈ — не выдержал Юрка.
Он со злостью ударил по красной кнопке в центре щита. Послышался щелчок. Ключ вошел в скважину. Юра замер, соображая, что делать дальше. Решение на ум пришло только одно. Мальчик надавил ладонью на кнопку и повернул ее по часовой стрелке. Тут надвигающейся стеной ему прищемило руку, и он отдернул ее.
— Толкай! — крикнул Юра и сам, что есть силы, надавил на дверь.
— Я могу толкать только тебя, тут везде шипы! — растерялся Генка, стоя позади друга.
— Толкай, что можешь!
Юрка навалился на дверь, а Генка — на него сзади. Дверь заскрипела и распахнулась. Ребята кубарем вывалились из комнаты, и стены за их спинами тут же сомкнулись.
Мальчишки сидели на полу, не в силах пошевелиться. Это была победа. Но победа, доставшаяся страшной ценой. И хотя за последнее, непродолжительное время, таких потрясений у них было уже немало, всякий раз, справившись с очередным испытанием, они переживали как будто новое рождение.
Гена смотрел на сомкнувшиеся у них за спиной стены с ужасом и нечаянной радостью. Он до сих пор не мог поверить, что страшное позади.
— Уф, еле успели, — выдохнул он. — Я уже решил, что нам не спастись. Сейчас бы нас…
— Как мясо в мясорубке, — перебил его Юрка.
Генка хмыкнул.
— Юра, ты самый лучший друг на свете! Что бы я без тебя делал⁈ — воскликнул он вдруг.
— Бездействовал, — улыбнулся тот.
32
ПЕЩЕРА КАМНЯ ВОСКРЕШЕНИЯ
После небольшой передышки ребята вышли из комнаты и…оказались на улице. Было раннее утро, но солнце еще не проснулось, а потому еще не достаточно рассвело.
Ребята удивленно переглянулись. Они ожидали новую локацию с новыми испытаниями, но никак не надеялись оказаться на свободе.
— Как ты думаешь, куда нам дальше? — посмотрел на Юрку Гек.
— Наверно, вон в ту пещеру, — Юра указал на невысокую гору, внутри которой зияла черная дыра.
— Туда? — Генка даже поперхнулся. Перспектива лезть в неизвестный темный проем его совсем не вдохновляла.
— Но ты же хочешь спасти Марину? — осведомился Юрка.
— Еще бы! Больше жизни! — но тут Гена осекся и добавил: — Ну, не совсем больше…
