Но это было лишь мое первое впечатление, так как у всего происходящего все же обнаружился порядок. На вид гражданская часть населения тянулась к центру поселения, где и стоял храм. В то время как войска, наоборот, подходили из центральной части к стенам. По мощеной дороге, идущей прямиком к храму, вышагивали ровные коробочки закованных в броню воинов. Но основная масса солдат споро поднималась на стены, а также занимала позиции у их подножия. Отовсюду слышались отрывистые команды, разбавленные отборной руганью, и я на мгновение почувствовал себя на практических занятиях по боевой подготовке в училище.
Само же поселение выглядело куда менее величественным, чем стены и храм. Простые деревянные дома с трубами, откуда едва струился дымок, теснились за двухметровыми заборами, скрывающими внутренние дворы. Большинство домов были одноэтажными, но кое-где сиротливо возвышались и дома в два этажа.
На Земле только в последние пятьдесят лет новые города или районы строили по четко выверенному плану застройки, чтобы равномерно распределять все блага и особенно нагрузки на дороги. Здесь же генеральный план застройки виден был невооруженным глазом: широкая дорога к центру и, по всей видимости, не одна, так как еще три подобных арки ворот виднелись на внутренней части стены. Дороги поменьше отходили от главной через одинаковые расстояния. У меня даже возникло подозрение, что здесь реализована радиально кольцевая система транспортных артерий, но для того, чтобы убедиться, нужно взглянуть с высоты. Да и дома выглядели уж больно типично, как по одному проекту.
Но, похоже, с пожарной безопасностью здесь большие проблемы — в случае возникновения пожара огонь мгновенно охватит всю площадь внутри стен. Не хотелось бы здесь оказаться, когда такое произойдет. Единственные каменные постройки виднелись возле храма, но понять их назначение с такого расстояния невозможно. Все это сильно контрастировало с теми же стенами и храмом, будто их построил кто-то другой, а уже потом сюда пришли люди.
Пока я разглядывал окружающую обстановку, Васимир направил телегу к строению, расположенному в тридцати метрах от врат. Несмотря на то что я вырос совсем в другом мире, даже я ощущал дух казенщины в этом здании, и у меня почему-то возникла ассоциация с таможней. Васимир развернул телегу на небольшой площадке перед этим деревянным строением и остановился, а через мгновение из здания выбежала пара воинов, тут же принявшихся обхаживать лошадей.
Васимир спустился и вместе со мной минут десять молча наблюдал за приготовлениями гарнизона к бою. Наше занятие прервал коренастый пожилой мужчина, вынырнувший из-за угла этого дома в сопровождении четырех воинов. Тут я уже не мог ошибиться с возрастом, Его лицо, испещренное морщинами, говорило о долгих годах на поле брани.
Он был явно не из простых — уверенность и властность читались в его глазах. На нем был богато украшенный неполный доспех, в некоторых частях которого так же, как и на наручах Васимира, в воздухе висели геометрические узоры. Из наблюдений складывалось впечатление, что местные возвели геометрию в культ.
Когда этот однозначно старый воин остановился перед Васимиром, я не мог не заметить, как его борода соперничала с бородой Васимира по длине и ухоженности, — здесь это, по-видимому, было знаком статуса.
— Здрав будь, воевода, — первым поздоровался Васимир и слегка поклонился.
— Здрав будь, боярин, — ответил тем же воевода.
На этом формальности закончились, и воевода, шагнув вперед, протянул правую руку:
— Како сие приключилось, Васимир?
Аптекарь пожал ее за локоть и бросился в пояснения.
— Прости, Гридар, не уберег я твоих людей. — Васимир прижал руку к груди и снова поклонился, но уже чуть ниже. — Засада нас подстерегла в двадцати верстах отсюда. — Он махнул рукой в сторону ворот, откуда мы пришли. — Не думал я, что настолько поперек горла встал Борену, служащему аптекарского приказа в граде Тиховодье. Он и подослал девятерых нечистых. Один я остался на ногах, да Явенир был еще жив, в телеге сейчас лежит с оберегом лечебным. — И Васимир мотнул головой в сторону, где пара воинов начищала лошадей.
Гридар тут же покраснел, а мое лицо вытянулось в очередной раз, когда его глаза вспыхнули голубым цветом. Он повернулся в сторону здания, около которого мы остановились, и крикнул:
— Да где же носит этого зельника?!
Откуда-то из глубины знания выскочил относительно молодой парень в простых кожаных доспехах, будто только и ждал рыка воеводы. На поясе у него болтались какие-то сосуды с жидкостью, а за плечами висел кожаный рюкзак. Он преодолел небольшой дворик и остановился напротив воеводы. «Да, муштра, она и в гипере муштра», — подумал я, так как этот зельник чуть ли не на носочках стоял в попытке дотянуться до неба макушкой.
— Посмотри там, в телеге, — бросил ему воевода.
Парень молча сорвался с места, едва не поскользнувшись, и рванул к телеге. А Гридар снова обратился к Васимиру:
— Как отобьемся, отправлю весточку в Тиховодье, пускай служивые поспрошают у этого Борена.
