Когда глаза Торна привыкли к темноте, он понял, что Левайн был прав. Рапторы бежали вниз по самой середине русла, по обеим сторонам окаймленного большими валунами. Но само дно высохшего потока было песчаным, и к тому же валуны расступались достаточно широко, чтобы между ними могла пройти машина. Торн решил рискнуть.
– У вас есть хотя бы малейшее представление о том, куда мы попали? – спросил Левайн, провожая глазами рапторов.
– Нет, – ответил Торн.
Машина тронулась с места. Вскоре русло расширилось, превратившись в плоскую чашу. Валуны исчезли, по обеим берегам сухой реки росли деревья. Тут и там между стволами пробивались полоски лунного света. Видимость улучшилась.
Но рапторы куда-то подевались. Торн остановил машину, опустил окно и прислушался. Он слышал шипение и рычание хищников. Эти звуки доносились откуда-то слева.
Тронув джип с места, Торн выехал из русла сухой реки, пробиваясь через заросли папоротников и редко стоящих сосен. Левайн произнес:
– Вы думаете, мальчик мог выжить во время спуска с этого холма?
– Не знаю, – отозвался Торн. – Не могу представить себе этого.
Он медленно вел машину вперед. Миновав просвет между деревьями, они заметили поляну, на которой папоротники были начисто вытоптаны. На той стороне полянки поблескивала в лунном свете струящаяся вода. Каким-то образом они снова выехали к реке.
Но внимание Левайна и Торна привлекла сама поляна. На обширной расчистке под открытым небом белели несколько огромных скелетов апатозавров. Гигантские грудные клетки, белые дуги костей, мерцающие под луной... В центре поляны лежала на боку темная полуобъеденная туша, над которой жужжали в ночной темноте тучи мух.
– Что это за место? – спросил Торн. – Похоже на скотомогильник.
– Похоже, – согласился Левайн. – Но это не скотомогильник.
Рапторы сгрудились на краю поляны, устроив драку над останками Эдди. На противоположной стороне расчистки люди заметили три низких земляных кургана, стенки которых были проломлены во многих местах. Внутри валялись расколотые скорлупки яиц. Над поляной висела густая гнилостная вонь.
Левайн нагнулся вперед, внимательно вглядываясь в темноту.
– Это логово рапторов, – сказал он.
Малкольм, лежавший в погруженном во мрак трейлере, сел, морщась от боли, и схватился за передатчик:
– Вы нашли гнездо? Это точно оно? Радио захрипело. Левайн ответил:
– Да. По крайней мере, я так полагаю.
– Опишите его, – потребовал Малкольм.
Левайн негромко сообщил о внешнем виде логова и о его примерных размерах. На его взгляд, гнездо было неряшливым, неухоженным, выстроенным наспех. Он был удивлен, поскольку гнезда динозавров обыкновенно были устроены с невероятной аккуратностью. Левайн видел окаменелые останки древних гнезд несколько раз в разных регионах земного шара, от Монтаны до Монголии. Яйца в тех гнездах были уложены правильными концентрическими кругами. Часто в одном-единственном гнезде насчитывалось более тридцати яиц, и это заставляло предположить, что несколько самок откладывали яйца в один и тот же кратер, выложенный из жидкой грязи. Поблизости от гнезд были найдены многочисленные останки взрослых особей, и это указывало на то, что динозавры заботились о кладке совместно. Во время нескольких раскопок удалось даже воссоздать картину устройства логова – гнезда располагались в центре, а взрослые динозавры осторожно передвигались по внешнему периметру, чтобы не потревожить созревающие яйца. В этом отношении динозавры напоминали птиц, у которых существовали такие же устоявшиеся обычаи, неизменный порядок ухаживания, спаривания и высиживания яиц.
Но эти велоцирапторы вели себя совершенно иначе. Вся сцена, открывшаяся глазам людей, несла на себе отпечаток беспорядочности и неустроенности: плохо выстроенные гнезда, праздношатающиеся взрослые особи, очень малое количество молодых динозавров, расколотые скорлупки яиц, сломанные стенки курганов, на которые явно кто-то наступил. Теперь Левайн заметил, что вокруг гнезд разбросаны маленькие обглоданные кости, которые вполне могли быть костями новорожденных велоцирапторов. Нигде на полянке не было заметно живых детенышей рапторов. Левайн насчитал трех подростков, но остальная стая явно отгоняла молодняк прочь от добычи, и на шкурах у них уже виднелось немало шрамов. Молодые динозавры выглядели крайне истощенными. Настороженно описывая круги около добычи, они отскакивали назад всякий раз, когда кто-нибудь из взрослых рычал на них.
– А что вы скажете относительно апатозавров? – спросил по радио Малкольм. – Касательно этих туш?
Левайн насчитал четыре костяка, лежащих друг подле друга, на разных стадиях разложения.
– Вам нужно рассказать об этом Саре, – сказал Малкольм.
