– Вообще-то риск был вполне оправданным, – сказала Сара и повернулась к Торну. – Вы ведь заметили, у них не сразу меняется окраска, есть определенный период задержки. Очень недолгий, если сравнивать, скажем, с осьминогом – но все же есть. И я подумала, что эти динозавры должны вести себя так же, как другие животные, привыкшие полагаться на маскировочную окраску. Они, скорее всего, обычно охотятся из засады. Вряд ли они могут быстро и долго бегать, преследуя жертву. Напротив, они способны часами стоять неподвижно в неменяющейся обстановке, полностью сливаясь с фоном благодаря защитной окраске. Они стоят и выжидают случая, когда какое-нибудь неосторожное животное, ничего не подозревая, подойдет достаточно близко. А если окружающая обстановка будет все время быстро меняться, эти динозавры поймут, что спрятаться привычным способом не удастся. И забеспокоятся. И если побеспокоить их достаточно сильно, то они в конце концов убегут. Что у нас и получилось.
Левайн повернул голову и яростно уставился на Торна.
– Это все из-за тебя! Если бы ты не вылез наружу и не стал бродить где попало...
– Ричард, – оборвал его Торн, – нам нужно где-то добыть бензин, иначе мы никогда отсюда не выберемся. Не хочешь ли сам прогуляться на улицу?
Левайн ничего не ответил, только шумно сглотнул.
– Ну, не хочешь – не надо, – продолжал Торн. – В сарае бензина все равно нет.
– Эй, ребята, – сказала Сара. – Смотрите, кто к нам пришел!
Подошел Арби, опираясь на руку Келли. Он переоделся в то, что удалось найти в магазине, – в спортивные шорты и футболку с надписями «Биоинженерная лаборатория компании «ИнГен» и «Мы создаем будущее».
Под глазом у мальчика налился черный синяк устрашающих размеров, щека опухла, на голове белела повязка. Руки и ноги были все в синяках и ссадинах. Но мальчик мог ходить и даже улыбнулся, хотя улыбка вышла немного кривоватой из-за распухшей щеки.
Торн спросил:
– Ну, как ты, сынок? Арби сказал:
– Знаете, чего я сейчас хочу больше всего на свете?
– Чего? – спросил Торн.
– Диетической колы и аспирина!
Сара склонилась над Малкольмом. Ян что-то тихонько мурлыкал себе под нос и отстраненно смотрел куда-то вдаль.
– Как там Арби? – спросил он, увидев Сару.
– Как будто в порядке.
– Ему морфинчика не надо? – поинтересовался Малкольм.
– Нет, это лишнее.
– Вот и здорово, – довольно промурлыкал Малкольм и начал закатывать рукав.
Торн вытряхнул из микроволновки чье-то гнездо, отчистил ее от мусора и разогрел куски говядины из банки. За стойкой бара обнаружился целый пакет с бумажными тарелками, разрисованными, как для Хеллоуина, – тыквами и летучими мышами. Торн разложил бифштексы по тарелкам. Дети с жадностью накинулись на еду.
Торн подал тарелку Саре, потом повернулся к Левайну:
– А ты будешь есть? Левайн смотрел в окно.
– Не буду.
Торн только пожал плечами.
Подошел Арби с пустой тарелкой и спросил:
– А добавки можно?
– Конечно! – сказал Торн и отдал ребенку свою порцию.
Левайн отошел от окна и присел возле Малкольма.
– Ну, по крайней мере в одном мы оказались правы. Этот остров – настоящий затерянный мир, с нетронутой, первобытной экологической системой. Мы с самого начала были правы.
Малкольм посмотрел на него и чуть приподнял голову.
– Ты что, шутишь? – спросил он. – А как насчет кладбища апатозавров?
– Я уже думал об этом, – сказал Левайн. – Очевидно, рапторы охотились на них и убили. А потом...
– Что – потом? – перебил его Малкольм. – Притащили туши к своему гнезду? Ричард, не смеши меня. Эти апатозавры весят по пятьдесят тонн каждый. Их не могла бы никуда перетащить даже сотня рапторов. Нет, и еще раз нет. – Он вздохнул. – Трупы апатозавров наверняка принесло на то место рекой и прибило к берегу у излучины. А рапторы просто устроили гнездо в удобном месте, неподалеку от готового склада продовольствия – кладбища апатозавров.
– Ну, возможно...
– Но вот откуда вообще здесь взялось столько мертвых апатозавров, а, Ричард? И почему там нет ни одного взрослого животного? И почему на острове так много хищников?
– Ну... Нам, конечно, нужно больше сведений, чтобы разобраться в этих вопросах... – начал было Левайн.
– Нет, не нужно, – перебил его Малкольм. – Ты что, не был в лаборатории? Мы уже знаем ответы на все эти вопросы.
– Так объясни, в чем же причина? – раздраженно спросил Левайн.
– В прионах, – сказал Малкольм и закрыл глаза.
– Каких таких прионах? – нахмурил брови Левайн. Малкольм вздохнул и ничего не ответил.
– Ян! Что такое эти прионы? – спросил Левайн.
– Отвали, – пробормотал Малкольм и махнул рукой. Арби свернулся в уголке и собрался заснуть. Торн скрутил рубашку и подложил мальчику под голову вместо подушки. Арби что-то пробормотал и улыбнулся.
Через несколько секунд мальчик уже спал.
Торн подошел к Саре. Она стояла у окна. Уже начало светать, небо над деревьями сделалось бледно-голубым.
– Сколько у нас осталось времени? – спросила Сара. Торн глянул на часы.
– Около часа.
Сара принялась расхаживать по залу.
– Нужно обязательно найти где-нибудь бензин. Если у нас будет бензин, мы сможем доехать на джипе до вертолетной площадки.
– Но здесь нет бензина, – сказал Торн.
